Онлайн книга «Мой лучший враг»
|
Оно рассказало нашу с ним историю и замолчало. Я слышу только тишину, а потом – тихий бабушкин шепот: — Убирайся из моего дома. И советую твоей семье поискать хорошего адвоката, очень скоро он тебе понадобится. Оно молча встает и уходит. О чем Оно думало, когда пришло сюда? Что мои родные вот так просто смогут его простить? Оно же собиралось уехать отсюда… Его теперь не отпустят. Дядя Костя вцепится в Него бульдожьей хваткой и не отпустит до тех пор, пока за Его спиной не щелкнут наручники. О чем же Оно думало, черт побери? Бабушка остается одна на кухне. Я слышу ее тихие всхлипы, а потом – звон битой посуды – все со стола летит на пол. Я чувствую злобное удовлетворение. Хотя бы не одной мне теперь плохо. Я поднимаюсь со ступенек. Думаю о Нем. Его поступок никак не отразился на моих целях и желаниях. Я не изменю своего решения. Мне не нужны никакие суды. Единственный суд, который меня устроит – мой собственный. Господи, я ненавижу его так же сильно, как когда-то любила. На почве, удобренной его останками, я смогу прорасти. Глава 41 Начинается вся эта суматоха, которую я так боялась. Угробив всю посуду в доме, бабушка успокаивается и звонит маме. Я запираюсь в комнате, благо избежать лишних вопросов, но это помогает ненадолго. Я просто не могу сидеть там все время. Приезжают мама с дядей Костей. — Тамара, открой дверь. — Открой дверь немедленно! — Томочка, пожалуйста, открой нам. Я лежу на кровати и думаю о Его поступке. Но чем больше я думаю, тем больше запутываюсь. Злость съедает меня целиком. Как я уже сказала, я не могу сидеть в комнате вечно, и в конце концов мне приходится открыть дверь. Родные садятся ко мне на кровать. — Почему ты не сказала нам? — Мы же самые близкие тебе люди… — Мы бы всегда помогли тебе… — Тома, проблема одного – проблема всей семьи… — Мы же одна душа… На меня обрушивается шквал бессмысленной болтовни. Я ухожу в себя. — Тома, скажи хоть что-нибудь! — Тамара, не молчи! — Говори, говори! Они доводят меня до слез. Мама берет мою голову в свою руки. — Ну успокойся… Ему не сойдет это с рук. Мы посадим его надолго, сделаем все, чтобы ты не увидела его больше никогда… А я молчу. Я теперь всегда молчу. Словами просто не выразишь то, что я хочу сказать. На ночь мама дает мне какие-то успокаивающие таблетки. Делаю вид, что проглотила их. Мне не нужны никакие таблетки. Я не хочу успокаиваться. Притворяюсь, что засыпаю. Родные уходят, но не расходятся по комнате. Еще где-то час я слышу, как мама с бабушкой ругаются. — Это ты виновата! Не доглядела мою дочь! Уткнула нос в свои торты и не видишь, что тут вообще творится! Довела моего ребенка, в мне теперь мучайся, по врачам ее таскай! — Я виновата? Это целиком твоя вина! Спихнула на меня свою дочь, а сама любовь крутишь, вот и посмотри, что из этого вышло! Ты никудышная мать! — Не смей меня винить! Не тебе судить о моей жизни! Вскоре к ним присоединяется пришедший с работы дедушка. Его громкий голос предупреждает всех о том, что он сейчас пойдет крушить соседский дом. Дяде Косте с трудом удается уговорить всех оставить все на утро, а сейчас идти спать. Под их ругань я достаю из ящика старые краски для рисования. Подхожу к стене, прямо к изголовью кровати. Рисую глаза. Огромные, голубые, как небо ясным морозным утром, крапинки вокруг зрачка темно желтого цвета – небо во время сильной летней грозы. Глаза, которые всегда следят за мной и которые никогда не оставят меня в покое. Черный контур, желтые зрачки. Глаза получились дикие и злобные. Именно эти глаза всегда стоят передо мной. Я не хочу, чтобы эти глаза следили за мной сегодня. Забиваюсь под кровать. Тихонько всхлипывая, засыпаю. |