Онлайн книга «Мой лучший враг»
|
Я закричала – это был пронзительный крик души. В салоне почувствовалось какое-то шевеление. Из окна напротив высунулся Ромка. Он сел также, как и я. Мы улыбнулись друг другу. Я протянула руку в салон, Серега понял без слов и вручил мне бутылку. Мы с Ромкой смотрели друг на друга через крышу. Я протянула ему бутылку. Он достал свою, мы протянули руки через крышу и чокнулись на середине. — Держитесь там, – крикнули нам из салона. Я крепче уцепилась рукой за ручку. Волга съехала с дороги и понеслась по кочкам. Остановилась в самом центре поля. Все вышли из машины. Ромка выбрался наружу. Ко мне сзади кто-то подошел. — Слезай, самоубийца! – раздался насмешливый голос Тохиного брата. Он потянул меня назад и с легкостью стащил, как кота с дерева. Мы встали возле машины. Андрей не стал выключать музыку и фары. — Ну вы и самоубийцы! – заворчал Андрей, открывая бутылку. Я задумалась: почему пьет водитель? Но не стала спрашивать – наверное, здесь так принято. Все уже были поддатые. Что-то кричали друг другу, танцевали возле машины. Одна песня Елки сменялась другой. Антон кричал на Андрея: — Выруби это дерьмо! Тот в ответ ему пропел: — Ах мальчик-красавчик, сколько девушек вздыхает, сколько слез проливают они, глядя на тебя… Я поставила бутылку на крышу машины, схватила Антона и Серегу за руки, мы обступили Андрея, стали кружиться вокруг него и орать: — Мальчик-красавчик на папиной машине быстро едет по проспекту городов счастливых, одежда в обтяжку, глаза скрывает кепка, зажата между пальцами с ментолом сигаретка… Андрей втянулся в игру, поднял вверх руки и стал танцевать в центре круга. — Блестящие сапожки, бляшка и ремень из кожи, татуировки в цвете, он не смотрит на прохожих… Рома смотрел на нас со стороны и умирал от смеха. Песня кончилась, мы остановились отдышаться. Я взяла бутылку и отпила. — Выруби музыку! – крикнул Антон брату, – неохота потом с толкача заводить! Андрей выключил музыку. Стало тихо и как-то неуютно. Но вскоре все стали орать и петь песни уже без музыки, и снова стало весело. Я взяла новую бутылку – кажется, четвертую. Два брата что-то обсуждали. Серега где-то шлялся. Мы с Ромкой сели на землю. Наблюдали за братьями. — А ты знала, что Андрюха в школе тоже всегда считался уепком? — Нет, не знала, – покачала головой я. — Но у него причина уважительная. Он головой тю-тю. Вон, видишь, дерганный какой? Это от головы. С рождения у него так. Тоха говорил, в школе на его куртку всегда кто-то сцал. А он запахов не чувствует, придет домой в обосцаной куртке, Тоха орет, что от него воняет, а он так удивленно: «Да? Ничего не чувствую!» Я засмеялась. Сделала глоток. Все стало происходить какими-то отдельными вспышками: Вот Серега ходит вокруг машины, бьет ладонью по пустой бутылке и бубнит себе под нос: — Ах мальчик-красавчик… Он будто танцует какой-то ритуальный африканский танец с бубном, чтобы вызвать дождь или грозу. Вот два брата стоят рядом, шутливо пихают друг друга и кричат: — Ты че? — А ты че? Вот мы находим где-то какую то раздолбанную телегу, от которой остались только колеса и платформа. Привязываем ее к машине за трос. Следующий кадр – волга носится по полю, а на телеге с визгом мчится Серега. После четвертого захода Серегу выбрасывает из телеги, а вся конструкция разваливается на части. |