Книга Королевы и изгои, страница 110 – Алена Филипенко

В комнате царил хаос. Кто-то прыгал по кровати, кто-то копался в комоде. На Щекастом прямо поверх джинсов были надеты мои стринги, на Рыжем – бюстгальтер поверх футболки. Губастый и Кудрявый терлись у раскрытого ноутбука, тщетно пытаясь подобрать пароль.

— Кличка собаки не подходит! – крикнул Кудрявый через плечо.

— Попробуй «Женя». Это вроде какой-то из ее парней, – небрежно сказал Олежек, прыгая по кровати – тоже в моих стрингах поверх домашних шортов и с моим плюшевым мишкой в руках.

Я была настолько в шоке, что не сразу обрела дар речи. Наконец я крикнула:

— Какого черта?!

— Шухер! Систер приперлась! Сматываемся! – скомандовал Олежек.

Мальчишки ойкнули. Губастый и Кудрявый отпрянули от компа, прыгуны слезли с кровати. Все ломанулись к двери и, отталкивая меня, попытались выбежать из комнаты. Не тут-то было – я перегородила выход и смачно отдубасила каждого на прощание.

— Придурки! Это мои вещи! Что вы делаете в моей комнате?! – вопила я, щедро раздавая мародерам тумаки.

Олежек сбежал последним – ему досталось сильнее всех. Хулиганы рванули в его комнату, я – следом. Но маленькие чудовища успели захлопнуть дверь перед самым моим носом.

— Пусти меня, гаденыш! – Я попыталась открыть дверь, но ее прочно держали с той стороны. – Я все расскажу родителям! Мало тебе не покажется! Мам, пап!

Я обежала весь дом, ворвалась в спальню родителей и застала их за просмотром фильма.

— Почему вы все ему позволяете?! – рявкнула я.

— Саша, успокойся. Что произошло? – удивленно спросила мама.

— Я пришла, а он в моей комнате… Со своими друзьями. Они вытащили все мои вещи и… – Я задохнулась от обиды и отвращения. – Они надевали мое белье!

Папа смущенно крякнул, а мама укоризненно сказала:

— Саша, а я предупреждала, чтобы ты не разбрасывала свои вещи где попало! У Олежки сейчас самый любопытный возраст, ему все интересно.

— Где попало? – Я буквально взорвалась. – Мое белье лежало в моей комнате в моем комоде! От вас никакой поддержки, вы вечно все ему позволяете!

— Саша, успокойся. Мы поговорим с ним, не переживай, он свое получит, – пообещал папа. Но я не особо поверила ему.

Я выбежала из спальни, хлопнув дверью. В глазах стояли злые слезы. Такое чувство, что родители всегда любили брата больше, чем меня. Он – мальчик, мальчиков ценят, а девочки – это так, неудачная попытка.

В коридоре рядом с дверью Олежека валялось мое белье – то самое, что напялили мальчишки. Я брезгливо собрала его и вернулась в комнату. По полу тоже было раскидано мое белье. Мелкие мародеры перетрогали все грязными руками и бог знает что еще делали… Накатила тошнота. Конечно, я больше не смогу не то что надеть, но даже при тронуться к этому белью. Оно стало будто радиоактивным.

Я взвыла от отчаяния. Тут был мой любимый комплект из «UNIQLO», а еще парадное белье из любимых магазинов – «Tezenis» и «Women’s secret». Все безнадежно испорчено! Несколько комплектов я еще ни разу не надевала!

Я вышла в сад и, кинув все пострадавшие вещи в мангал, щедро залила их жидкостью для розжига. Что-то мангал часто стал использоваться не по назначению. Еще недавно я жгла в нем свитер Панферова. Я поднесла зажигалку к ткани, и белье вспыхнуло.

— Саша! – раздался голос за калиткой. Я подняла голову и увидела, как за забором Женя слезает с велосипеда. – Можно войти?