Книга Все не то, чем кажется, страница 123 – Алена Филипенко

Ты говорила, что я вдохновляю тебя быть моей путеводной звездой. Сам я потихоньку боролся со своими страхами, открывал для себя мир, словно компьютерную игру, в которой игровое поле сначала сплошь черное, но постепенно прогружаются новые и новые детали. Тебе хотелось показать этот мир мне и все увидеть вместе со мной.

Мы ездили по городам. Могли проехать пару сотен километров, только чтобы поглядеть на водонапорную башню XVIII века. На полуразрушенный мост, плотину, карьер, заповедник, водопад или пещеру. Любая поездка дарила нам много ярких впечатлений. Даже если мы ехали двести километров и приезжали на место в ливень, то перекраивали план на ходу и в финальной точке просто сидели в «Бургер-Кинге». Никогда я не испытывал столько эмоций, сколько с тобой.

Ты заполнила собой все. Моя жизнь была тесной, уложенной в четкие границы, напоминала аквариум. А затем, когда появилась ты, стенки не выдержали давления и просто лопнули, и я увидел, какой он огромный – настоящий мир.

Я всегда смотрел на тебя так, будто увидел впервые. Так, будто твердо намерен никогда не отпускать. Мне хотелось отдавать тебе больше и больше: дарить подарки, устраивать сюрпризы. Я получал настоящее удовольствие, когда делал тебе приятное.

Я часто дарил тебе цветы без повода. Однажды купил букет пионов.

— Это за что? – Ты сунула в букет нос, с удовольствием вдохнула запах цветов.

— Не знаю. Просто подумал, что никогда не приносил тебе пионы. И решил это исправить.

Ты убрала букет в сторону, повисла у меня на шее и с благодарностью поцеловала. А потом, хитро глянув на меня, сказала:

— Если вдруг тебе в голову как-то придет подарить мне раффлезию, потому что ты мне ее никогда не дарил, лучше воздержись от этого желания.

Я засмеялся и чмокнул тебя в макушку. За пару дней до этого мы смотрели видеоролик про самые вонючие цветы, и в подборку входила раффлезия, источающая аромат гнилого мяса.

У нас с тобой была игра, обычно она шла после секса, когда мы, обнаженные, лежали в кровати. Один из нас выводил пальцем у другого на спине буквы, а второй отгадывал, что это за слово.

В первый раз вышло очень смешно. Я написал тебе на спине слово «Люблю». Момент был очень романтичный, но ты его испортила.

— М‑м-м… – Ты попыталась отгадать слово. – Лаваш?

— Нет! – возмутился я.

— Давай еще раз!

Я провел пальцем еще раз.

— Хм-м… Лосось?

Я ударил тебя подушкой и заворчал:

— Ты портишь всю романтику! Я не буду с тобой играть.

— Что там было за слово?

— «Люблю». Это было «люблю». Не «лосось», не «лаваш» и даже не «латук».

Ты засмеялась:

— Ну прости. Было правда похоже.

А спустя время мы уже «писали» друг у друга на спине целые послания и безошибочно их разгадывали. Мы писали не только на спинах, но и на ладонях. Как-то ты вывела мне на ладони слово «спасибо».

— Это за что? – спросил я.

Ты заглянула мне в глаза:

— За то, что с тобой я чувствую себя маленькой девочкой, которую выбрали главной снежинкой на новогоднем утреннике. И не потому, что она самая милая или лучше всех танцует. А потому, что она просто есть. Спасибо.

В тот миг я понял, что буду любить тебя всю жизнь. Казалось, мы созданы друг для друга и ничто нас не разлучит. Но мы стояли на тонком льду.

И я не мог предположить, что скоро этот лед даст трещину.