Книга Уходи и дверь закрой!, страница 23 – Ирис Белый

Я ошарашено смотрел на ребенка.

— Ты знаешь?

— Да — кивнул головкой малыш — У мамы есть твоя старая фотография. Вы обнимаетесь и ей там восемнадцать.

Что тут скажешь. Да ничего. А он тем временем вдруг спросил:

— И что ты собираешься делать?

Чего я хочу? Что я собираюсь делать дальше? Меня передернуло от воспоминаний о тех громилах, и как я испугался, когда понял, что они следят за Аней и Мишей. Но я не мог лгать сыну.

— Я бы хотел остаться с вами, но это опасно и твоя мама этого не хочет.

Малыш посмотрел на мать, а потом тихо сказал.

— Она очень хочет чтобы мы были вместе, просто ты сделал ей больно и она боится, что снова ее обидишь.

— Никогда! — покачал я головой — Да и тогда я ее защищал.

— Ты ее любишь? — спросил ребенок серьезно. И я увидел знакомый взгляд. Так я смотрел на взрослых, когда был лет на пять старше его.

— Да!

— Хорошо, я помогу тебе, и вы будете вместе. — малыш улыбнулся и передо мной снова был маленький мальчик.

Кивнув головой, я поцеловал его в лоб. Потом поцеловал в губы его мать, ощущая, такой знакомый и пленительный вкус, и ушел. Лежа в постели, я думал о том что у меня нет ничего ценнее их, но сегодня я понял, что держась от них на расстоянии я не защищаю их, а скорее наоборот, подвергаю лишнему риску. А значит, у меня нет причин игнорировать их и мне надо искать общий язык с Аней, и как можно скорее.

Проснулась я ближе к обеду. Сына не было рядом, но я слышала его довольный голос и грохотание сковороды внизу, поэтому была спокойна. Потянувшись, я выползла из постели и поползла в душ, а так как сменной одежды у меня не было, пришлось одеваться в старую измятую.

Выйдя из комнаты, я ощутила такой знакомый и вкусный запах, после чего вдруг вспомнила другое утро, когда я чувствовала себя любимой и желанной, хотя и считала, что это в последний раз.

Пятью годами ранее.

После того поцелуя во мне что-то изменилось. Нет, мой мир остался прежним. Я все так же вытаскивала сестру из неприятностей, бегала за бутылками отцу и запиралась по ночам в ожидании матери, но теперь во мне появилось что-то еще. Что-то, что требовало чтобы я пошла в тот клуб и нашла его. Зачем? В тот момент я и сама не знала. Просто слово, данное маме, конфликтовало с желанием снова его увидеть, и я ничего не могла поделать. Я боролась месяц, потом плюнула и поехала в клуб.

Там играла громкая музыка, танцевали люди, но я искала только одного человека. Его не было. Расстроилась. Но прежде чем уйти решила выпить там и задержалась. Увлеклась болтовней с каким-то парнем.

Я как раз весело смеялась, когда моего плеча коснулись, а такой знакомый голос зло рыкнул:

— Сгинь!

Парень побледнел и исчез, а Анатолий, развернув меня к себе и сверкая злым взглядом, спросил:

— Ты что тут делаешь?

Мне не понравилось его поведение и тон, поэтому вместо правды я брякнула:

— Развлекаюсь! А что, нельзя?

Он принюхался.

— Ты что пьяна? Или ослепла? Ты хоть поняла, с кем развлекаешься?

— Нет, не пьяна! И не ослепла. А с кем я общаюсь это не твое дело! — начала заводиться я, чувствуя, что он воспринимает меня как капризного ребенка. Стало обидно, захотелось уйти, но я не из тех, кто сбегает, поэтому просто гордо подняла голову и встретилась с его злым взглядом.

— Что б тебя! Совсем сдурела! — прорычал он встряхнув меня — Он из тех, кто заводит романчик, постепенно подсаживает, а потом начинает тянуть деньги! И между прочим, судя по всему, он выбрал тебя!