Книга Танец наших чувств, страница 33 – Ника Лор

— Ты обещал, что мы больше никогда не встретимся, – ее голос дрожал, и это явно было вызвано не радостью от нашей неожиданной встречи.

— Неужели ты не рада меня видеть, красавица?

Мне доставляло какое-то извращенное удовольствие видеть ее злость и растерянность.

— Нет, – отрезала она, отвернувшись.

Наш напряженный разговор прервала ее мать. Лилит, крепко обняла дочь за плечи.

— Рамир не смог приехать, – произнесла она, и ее взгляд стал жестким и неприязненным. – Он попросил меня прочитать тебе нотацию о том, чтобы ты относился к нашей дочери как настоящий джентльмен.

— Можете в этом не сомневаться, – с улыбкой ответил я и невольно облегченно вздохнул. Я действительно был рад избежать встречи с Рамиром.

В моей машине не было задних сидений, поэтому Сабине пришлось сесть рядом со мной. Она сразу же отвернулась к окну, игнорируя мое присутствие. Эта поездка явно обещала быть самой мучительной в моей жизни.

Только мы выехали из посёлка на трассу, Егор включил музыку. Это разбавляло напряженную тишину между нами, но когда я начала вслушиваться в слова песни, лицо запылало от грязных слов в ней.

— Выключи.

— Почему? – невинно удивился он.

Взгляд мой был красноречивее любых слов. Неужели он всерьез думает, что мне может нравиться эта мерзость?

— Классная песня. Хит, между прочим.

— У людей, слушающих такое, начисто отсутствует слух и вкус. У меня язык не повернется назвать это музыкой. Один мусор. Пошлятина, принижающая все моральные ценности.

— Воу, полегче, красавица. Ладно, выключаю, только остынь. Не знал, что твои девственные ушки такие нежные.

Кровь ударила в лицо от его слов. Лучше бы слушала, как какой-нибудь извращенец поет про изгибы женского тела, чем этого наглеца.

— Слушай… – повернулась я к нему, намереваясь высказать все, что не решилась на гонке.

— Кстати, у тебя платье красивое, – перебил он меня, не дав договорить. – Тебе очень идет. И эти винтажные сережки… раньше их на тебе не замечал.

Я вскинула бровь, прожигая его взглядом.

— Не увиливай, Рябин.

Он виновато улыбнулся, как школьник, пойманный с поличным.

— Ладно, ты меня раскусила. Просто не хочу, чтобы мы опять ругались.

— Тогда держи свой грязный язык за зубами, и никаких конфликтов между нами не будет.

Не могу поверить, что папа доверил ему меня везти. В этом парне нет ни капли приличия.

— Да я и так фильтрую свою речь, когда ты рядом, красавица. Просто ты не привыкла к обществу парней. Вот и кажется, что любое мое слово как-то оскорбляет тебя.

— Я часто общаюсь с Митей, – пожала я плечами, давая понять, что его слова – не совсем верны.

— Я говорю о настоящих парнях, а не о тех, кто в колготках танцует.

— Это тайтсы.

— Да какая разница! Одно дерьмо.

От его грубости у меня заложило уши. Чувствую, за эту дорогу я пополню свой запас ругательств, который до этого пустовал. Папа никогда не позволял себе ругаться в нашем с сестрой присутствии.

— Заметь, я пока ни одного матерного слова не сказал, – похвастался он, словно совершил подвиг.

— Вау, – иронично захлопала я в ладоши. – Всего-то двадцать минут прошло. Сомневаюсь, что ты выдержишь еще полтора часа.

— Ради твоих действенных ушек постараюсь, – оскалился он, демонстрируя безупречные зубы.

— Господи, – взмолилась я про себя, не понимая, за какие грехи мне такое наказание.