Книга Танец наших чувств, страница 14 – Ника Лор

— Мое имя Сабина.

— Сабина… – промурлыкал он, словно пробуя его на вкус. – Я пришел встретиться с тобой.

— Тебе запрещено!

— Этому сопляку можно, а мне нельзя? Что за дискриминация?

По традициям, Мите тоже не положено иметь со мной ничего общего. Но он никогда не позволяет себе лишнего, поэтому папа и разрешил ему танцевать со мной. А вот от Рябина не знаешь, чего ожидать. И он точно не из воспитанных мальчиков.

— Митя никогда не позволит себе ворваться в женскую раздевалку. У него есть представление о том, как прилично вести себя с девушкой.

— Да ладно? – вскинул он бровь. – Он просто боится твоего отца, поэтому и держит свои руки при себе. Но я видел, как он смотрит на тебя. Поверь, красавица, в его голове далеко не приличные мысли о тебе.

— Тебя это не должно волновать, Рябин.

Я не слепая. Вижу, как Митя смотрит на меня. Но он понимает, что я для него под запретом, поэтому и не предпринимает никаких действий. За это я его и уважаю.

— За дверью стоит Раджи. Если он увидит тебя со мной, то убьет тебя.

— Раджи?

— Мой двоюродный брат, сын дяди Богдана.

— Вспомнил.

Ни один мускул на лице Егора не дрогнул. Мои слова ничуть не впечатлили его. Он совсем не боялся мужчин из моей семьи, не считая отца.

— Либо ты сейчас уйдешь, либо я звоню папе и сообщаю ему о тебе. Не думаю, что он обрадуется этой новости.

— Тебе кто-нибудь говорил, что когда ты злишься, выглядишь очень мило?

— Я не шучу, Рябин.

Он поднял руки вверх, признавая поражение. Его глаза опустились. Он без стыда пожирал меня взглядом, отчего мне стало жарко.

— Ладно, твоя взяла. Но я не могу просто так выйти отсюда. За дверью стоит сторожевой пес.

Я готова была завыть от безысходности ситуации. Передаваться перед парнем – это верх стыда.

— Иди в душ и закройся там, – указала я на маленькую дверь.

Егору ничего не оставалось, как выполнить мой приказ. Я уловила на его лице тень разочарования. На что этот гад надеялся?

— Закрой дверь на замок!

— Я закрыл, – нагло соврал он.

— Я не слышала! Не смей лгать мне!

Прозвучал щелчок. Только тогда я смогла спокойно переодеться. Раздался раздраженный голос Раджи.

— Ты долго, Сабина!

— Уже выхожу!

Закончив с туфлями, я бросила последний взгляд на дверь в душевую и, не произнеся ни слова, вышла из раздевалки.

Я успела только к концу репетиции. Мы с Митей успели повторить лишь начало танца, а потом нас выгнали со сцены. Мы уселись на стулья, ожидая своей очереди.

— Как твой зуб? – спросила я.

— Вставили. Не мой, конечно, но тоже неплохо. Зато теперь я снова могу улыбаться, – Митя растянулся в широкой, белозубой улыбке.

— Прости, что так вышло.

— Ничего. Я уже начинаю привыкать получать от твоей семьи по лицу.

— Егор – не из нашей семьи, – отрезала я.

Митя вскинул брови в удивлении.

— А кто он тогда?

— Долго объяснять. Он иногда приезжает работать с отцом.

— Тогда мне стоит быть осторожнее на улице, – усмехнулся он. – Если каждый работник твоего отца норовит выбить мне зубы, скоро придется вставлять челюсть.

— Не бойся, этого больше не повторится.

— Надеюсь, – промелькнуло у меня в голове. Мой папа, видимо, не впечатлял Егора, что тот до сих стремится сблизится со мной.

Когда объявили наш номер, мы взялись за руки и вышли на сцену. Бальный танец должен быть воплощением страсти. Сначала мне было трудно это изобразить –ведь у меня никогда не было отношений с противоположным полом. Но потом я нашла свой стиль. Я выплескивала в танце всю свою накопившуюся энергию, всю злость и обиду, недосказанность. Цыганская жизнь заставляет девушек скрывать свои эмоции под маской покорности, но в танце я могу быть самой собой.