Книга В оковах семейной клятвы, страница 86 – Ника Лор

Приподняв футболку, облегченно выдохнула, увидел порез, а не пулевое ранение.

— Я за аптечкой.

Вскочив на ноги, я только успела выйти из комнаты, как наткнулась на Олега. Он вручил мне белую коробочку.

— Помощь нужна?

— Спасибо. Мы сами справимся.

В детстве я была очень неуклюжей, и поэтому часто приходила домой с разбитыми коленками. У мамы имелись медицинские навыки, и поэтому нас с сестрой редко возили в больницу. Наблюдая за ней, я сама научилась обрабатывать раны и даже их зашивать.

— Быстро ты, - встретил меня Рамир подозрительным взглядом.

— Олег принес.

— Вижу, ты уже тут и друзей нашла?

— Не говори глупостей, Рамир. У тебя жар?

— Я всегда горю, когда нахожусь рядом с тобой, - ухмыльнулся он, играя бровями.

Хотелось его ударить за несерьезность, но еще сильнее я желала обнять этого шутника.

— Дойдешь до ванны? Нужно промыть рану.

Рамир кивнул. Я подлезла под его подмышку и помола встать. Каждый шаг приносил ему мучительную боль. Неужели до тех пор, пока мы не оказались одни, он все время терпел?

Встав перед кабинкой душа, Рамир стянул с себя футболку и кинул на пол. Его руки остановились на ремне, но тут он неожиданно пошатнулся.

— Чет мне совсем херово. Поможешь? – указал он мне кивком вниз.

Мои щеки запылали, когда я поняла, что он от меня требует. Я издала резкий вздох, и тогда Рамир застонал от боли.

— Быстрее, женушка. Не думаю, что долго смогу устоять на ногах.

— Ладно, - выпалила я, принимая его игру. – Ты точно притворяешь. Ей-богу, притворяешься.

Мои руки расстегнули ремень и принялись за ширинку. Лицо так сильно пылало, что казалось, я сейчас сгорю от стыда. Как только мои руки случайно коснулись его выпуклости, то она сразу увеличилась в размерах. Я подняла вопросительный взгляд на Рамира.

— Я даже при смерти буду хотеть тебя, - пожал он плечами.

— Дальше сам справишься?

— Нет. Как я сниму штаны, если даже нагнуться не могу?

Схватив за ткань, я потянула ее вниз и избавила мужчину от штанов.

— Все. Заходи в душ.

— А трусы? – удивился Рамир, выпучив губу, как маленький ребенок.

Если он будет полностью голым стоять передо мной, то я даже нитку в иглу не просуну. Когда муж смыл с себя кровь, я продифференцировала рану и зашила ее. Рамир за все время не издал ни одного звука. Он молча стоял, облокотившись об умывальник.

— Закончила, - сообщила я, закрепив бинт.

Подняв глаза на лицо мужа, я замерла. Рамир наклонился слишком низко, и его глаза оказалась на ровне с моими.

— Не закончила, - прохрипел он. – Я спас твою сестру и хочу сейчас получить от тебя благодарность.

Я еще ничего не сделал, а ее лицо уже приобрело розоватый оттенок. Реакция тела Лилит вызвала во мне собственнические чувства. Это девушка лишь моя. Я у нее единственный. Только я имею права к ней прикасаться.

— Тебе нужно отдохнуть.

Я резко притянул ее к себе, от чего она врезалась в мою грудь. Моя рука начала блуждать по ее талии, спине. Ткань платья меня раздражала, но еще больше бесила боль в боку.

Бешенные глаза Гудло до сих пор стояли у меня перед глазами. Я дал ему выбор. До конца хотел сохранить ему жизнь, но этот старик слишком сильно желал власти, которую мы с братом заполучили, истекая кровью множество раз. Моя надежда на то, что ублюдок образумится чуть ли не стала для меня летальной ошибкой. Удар ножом в мой чертов бок напомнил мне в каком мире мы живем, и какие люди нас окружают. Быть родней - не значит являться семьей.