Книга В оковах семейной клятвы, страница 49 – Ника Лор

Я разворачиваюсь и возвращаюсь к нашим диванам, возле которого стоит Ян, смотря на меня испытывающим взглядом. Бог мой, я прикончу когда-нибудь этого парня. Обернувшись к Гудло, спрашиваю:

— Кто вообще такой Михайлов?

— Барон соседнего табора. Я хорошо его знаю. Он мой старый друг.

Мне совершенно плевать на это всё, но Ян явно очень сильно заинтересовался всем этим. Он делает шаг к Казибеевам, и мой предостерегающий взгляд не останавливает его. Если сегодня я не прикончу Гудло, то это точно сделает Ян.

— Харман? Харман Михайлов? За него ты хочешь выдать свою дочь? – спрашивает Ашимов.

— Тебя это не должно волновать, - вставляет слово Богдан, который до этого времени держал свой рот на замке.

— Разве он не женат?

— Его жена умерла.

— Но он старше Марии почти на сорок лет.

— Браки с большой разницей в возрасте для нашего народа не редкость. Главное, что моя дочь не будет ни в чем нуждаться. У Хармана достаточно денег, чтобы обеспечить Марию всем необходимым.

Вижу, как Ян весь напрягся, вены на его виске надулись. Я быстро подлетел к нему и оттолкнул за свою спину, чтобы он не слетел с катушек.

— Я не собираюсь сотрудничать с этим Михайловым, - отчеканиваю, чтобы Гудло понял каждое мое слово. – А тебе совет: не лезь в это болото; не выберешься из него. Это я тебе обещаю.

Казибеев ничего не отвечает, разворачивается и покидает клуб. Богдан следует за отцом, кидая любопытные взгляды на Яна. Как только дверь закрывается за ними, за моей спиной слышится, как наш стеклянный столик разбивается в дребезги.

— Успокойся.

Ян, как загнанный зверь мечется из стороны в сторону.

— Он продал свою дочь, - парень подлетает ко мне. – Помоги. Не дай ему отдать Марию этому старому ублюдку. Она там умрет.

— Старейшины меня и так недолюбливают. Если я начну вмешиваться в чужие семейные дела, то это может плохо кончится. Я не собираюсь рисковать своим положением.

— Но Гудло теперь часть твоей семьи.

Я хватаю Яна за шею и впечатываю в стену. Потерянный взгляд наконец-то фокусируется на мне.

— Думаешь, что он позволит мне так просто помешать его планам? Если ты не понял, то Гудло только что в открытую нам сейчас объявил войну, но ты дальше своих любовных интересов ничего не видишь. Этот ублюдок собирается войти в наш рынок.

— Если помолвка не состоится, то Михайлов не будет вести дела с Гудло.

В его словах есть что-то стоящее, но чертовски рискованное. Если я начну вмешиваться в семейные дела Казибеевых, то легко лишусь доверия табора.

— Черт! – выругался я. – Мне нужно переговорить с братом.

— Рамир, - Ян схватил меня за руку, останавливая. – Прошу тебя, как друга, не дай этой свадьбе состояться.

Я вырвался из его хватки и плюхнулся на диван. Голова кипела. Я никогда не был хорош в построение стратегий, как брат, но сейчас делать что-то не обдумано – равносильно тому, что выстрелить себе в голову.

Набрав Тагару, я рассказал ему о затеях Гудло.

— Дело дрянь. Я думал, что эта мразь метит на место барона, но он захотел подняться еще выше.

— Даже, если его сотрудничество с Михайловым не состоится, он не остановится.

— Верно. Я поговорю об этом с Яровым. Ему чертовски не понравятся намерения Казибеева.

— Тагар, напомни Ярову, что Гудло-отец моей жены. Я хочу, чтобы он не забывал об этом.