Книга В оковах семейной клятвы, страница 30 – Ника Лор

— Мне нужно съездить по делам. Вернусь к часам восьми, девяти.

Он встаёт из-за стола и подходит ко мне. Я замираю, не зная, как мне реагировать на его близость. Чувствую, как мужской аромат приближается всё ближе и ближе. Большая, шершавая ладонь дотрагивается до одной моей щеки, а на другую обрушиваются мужские губы.

— Не скучай, моя женушка, - насмешливый голос звучит у моего уха.

Я продолжаю сидеть на стуле, не шелохнувшись ни разу. Лишь когда шаги отдаляются, я невольно расслабляюсь и хватаюсь за пылающие щёки. По телу проходят будто волной непонятные ощущения, которые я не могу понять, распознать.

Хватаю со стола стакан воды и осушаю его. Не так все должно было произойти. Почему мне приятны его прикосновения? Почему я его не отталкиваю, а наоборот: все сильнее позволяю ему заковывать меня в цепи?

Съев измученный омлет, я забираю тарелку и отправляюсь на кухню. Под шум воды, я мучаю себя раздумьями, копаюсь в себе, пока внезапный голос не заставляет меня подскочить.

— Думаю, что талерка достаточно чистая.

— Доброе утро, мама Динара, - улыбаюсь я женщине.

— Доброе утро, доброе, - произносит она, и присаживается за островок.

— Вам сделать кофе?

— Можно, - кивает она.

Я быстро домываю тарелки, затем хватаю кружку и подхожу к кофемашинке. Бегаю глазами по многочисленным кнопкам, не понимая на какую нажимать. В моем доме стоит менее навороченная машинка, поэтому сейчас я стою в полной растерянности.

— Самая большая справа, - раздается голос Динары.

Я быстро нахожу нужную мне кнопку и нажимаю. Стройка кофе начинает литься в кружку. Как только машинка закончила свою работу, я отношу напиток Динаре.

— Спасибо, родная.

— Что мне еще сделать?

Мои занятия начинаются после обеда, поэтому в прошлом доме я до учёбы помогала маме по дому. Не думаю, что здесь что-то поменяется.

— Ничего. Можешь погулять по дому. Рамир же тебе не делал экскурсию?

Я отрицательно мотаю головой.

— Я бы могла убраться или…

— Нет, нет, - махает она рукой, заставляя меня замолчать. – К нам приходят четыре прекрасные женщины несколько раз на неделе. Они и убирают этот дворец. Конечно, я против всего этого, но сыновей было не переубедить. Конечно, после пару уборок, я сама поняла, что одной трудно справлять со всеми домашними делами в этом особняке. Хоть кухню смогла отвоевать. Рамир же хотел повара еще нанять. Решили меня на пенсию отправить, но я просто так не сдалась.

Я присела к Динаре за столик, и мы разговорились. Говори о разном: о доме, о семье, о блюдах.

— Я хотела спросить у вас, - начала я, но запнулась.

— Что хотела? Спрашивай, не стесняйся, дорогая.

— Вы научили Рамира готовить? Я очень удивилась, когда сегодня его застала у плиты.

Динара опустила голову, провела пальцем по кружке о чем-то задумываясь. Я заставила себя молчать, хоть любопытство уже съедало меня изнутри.

— Он сам научился. Когда я потеряла ребенка, - её голос дрогнул, а я ахнула, прижав ладони ко рту, - то впала в депрессию, перестала заниматься домом. Тогда у нас не было денег на поваров и домработниц. Тагар-мой старший сын работал, а Рамир находился на хозяйстве. Так он и научился готовить. Мне до сих пор стыдно за это. В самое сложное время я оставила своих детей одних.

— Ваши сыновья так не считают, - произнесла я слишком уверенно, хоть знала братьев совсем немного. – Они очень сильно любят вас и не держат на вас никаких обид.