Книга Птица, лишенная голоса, страница 36 – Рукие Идели

Я не знаю, как ему это удалось, но он нашел тот запах, который я искала. Мне никогда не забыть ту радость, которую я испытала в тот день. Я горела желанием вобрать этот аромат в себя, тем самым удержав его рядом с собой чуть дольше. Ясин – это моя семья. Мне было восемнадцать, прошел год с того момента, как я потеряла семью. В этот момент я хоть и была взрослой по возрасту, но в душе оставалась ребенком. За последующие двенадцать месяцев я потеряла себя. Мой брат, который поддерживал меня и заставлял держаться на плаву, как-то распылил духи из флакона себе на шею, притянул меня к себе и убаюкивал, прижимая к груди. После долгих месяцев бессонницы я спала так же глубоко и спокойно, как если бы отец был рядом. Я никогда не забуду тот момент и то, как брат гладил меня по волосам, укладывая спать.

— Ты снова окружил меня запахом, который дает мне сил дышать, – сказала я с глазами, полными тоски. – Ты снова пахнешь в точности как он.

— Я подумал, что это поможет тебе почувствовать себя счастливой, – произнес он. Ясин взял мою руку в свои ладони. – Если тебе от этого грустно…

— Нет-нет, – ответила я поспешно. – Наоборот, мне очень нравится.

Я накрыла наши переплетенные руки левой ладонью, и мое горло сжалось от того, что я хотела у него спросить.

— Ты узнал, что случилось той ночью, Ясин? То, что произошло, то, что я пережила…

— Я понимаю, – в его взгляде я увидела ярость, он с силой стиснул челюсть. – Мне сложно представить, как тебе было страшно. Я позабочусь, чтобы тот, кто сделал это с тобой, понес наказание. Он ответит за каждую слезинку, упавшую с твоих ресниц. Даю слово, – закончил он, будто давая мне клятву.

Я знала, что если он пообещал найти этого человека, то так и будет, но это не помогало мне унять страх.

— Это мог быть мой дед? – голос предательски дрожал. – Он мог стоять за всем этим?

По взгляду Ясина я не могла понять, что он об этом думает.

— Ты знаешь, когда дело касается тебя, я начинаю подозревать каждого. – Он обеспокоенно перевел взгляд на шов на моей брови. – Но сейчас главное – позаботиться о твоем здоровье и душевном состоянии. В этом месте ты в безопасности. Просто постарайся на какое-то время расслабиться, хорошо? Ни о чем другом не думай.

Я непроизвольно нахмурилась.

— Ну и как долго, по-твоему, мне здесь придется оставаться? Сначала мне тоже понравилась идея о том, чтобы где-то переждать беду, но, брат, долго я здесь пробыть не смогу. Я столько месяцев была вдали от нормальной жизни. Именно поэтому мне не хочется тут застрять, – сказала я, качая головой из стороны в сторону. – Ты не заставишь меня снова оказаться взаперти.

Он склонил голову вправо:

— Думаешь, я это имел в виду? Я хотел объяснить, что с семьей Акдоган ты будешь в безопасности. Я заберу тебя отсюда, когда все разрешится.

Теперь я знала, что фамилия Карана и Омера – Акдоган.

— Ты заберешь меня отсюда? – спросила я, не совсем понимая значения того, что он мне сказал.

Ясин никогда мне не лгал. Но когда он не мог сказать правду, то начинал говорить общими, размытыми фразами. Этот случай был одним из таких. Мои руки вспотели. Окружающая обстановка давила тишиной до звона в ушах. Не ответив на вопрос, брат смотрел мне в глаза, а потом спросил:

— Эфляль, ты доверяешь мне?