Книга Малыши от бывшего. Вернуть любовь, страница 88 – Дана Стар

— Когда я её увидела на парковке, какое-то странное чувство возникло… Сразу поняла – это её рук дело. Ненависть и жажда мести просто перли из нее. Хорошо, что я вовремя заперла дверь палаты, и твои люди не дали ей прорваться к нам. Но, Руслан, умоляю, возвращайся в больницу! Я так за тебя волнуюсь…

Обнимаю, целую в висок, стараясь успокоить. И тут краем глаза замечаю какую-то возню. Полицейские выдергивают у Рады из рук сумочку, начинают обыскивать. Та верещит пуще прежнего, вырывается как бешеная кошка. Но копы держат крепко.

— Поглядите-ка на это, – один из них, обращаясь к напарнику на английском, достает что-то из сумки. – Тащи наручники, быстро!

Мать твою, это пистолет!

У всех присутствующих вытягиваются лица.

Твою мать, Рада, ты совсем страх потеряла?!

— Дамочка, вам придется за это ответить, – менторским тоном сообщает полицейский, потрясая оружием. – Проедете с нами в участок!

Полина в ужасе прижимает ладонь к губам, переводя взгляд с Рады на полицию и обратно.

— Руслан, что происходит? Что он сказал? Откуда у неё пистолет?

— Её забирают на допрос в участок, – мрачно поясняю я, не сводя глаз с экс-любовницы. Та продолжает сверлить нас с Полиной ненавидящим взглядом. Даже когда на нее надевают наручники, не унимается.

— Поеду с ними, – решаю я. – Хочу сам всё выяснить. Мотивы, обстоятельства, подробности. И сделаю всё, чтобы суку упекли за решетку до конца её дней.

— Руслан, мне страшно… – Полина крепче прижимается ко мне, сжимая пальцами мою рубашку. – Ты ещё не здоров, куда ты вообще?

— Не бойся, – обнимаю, глажу по волосам. – Со мной всё будет хорошо. Но я не смогу спокойно валяться на больничной койке, зная, что здесь происходит. Рада что-то скрывает, и я хочу лично вытрясти из неё всю информацию. То, что она сделала – вопиющее преступление, и оно не должно остаться безнаказанным. Она посягнула на самое дорогое, что у меня есть. Чудо, что под удар попал я, а не ты и дети!

Полицейские как раз скрутили Раду и поволокли к выходу. Я в последний раз прижал к себе Полину, поцеловал её нежно и трепетно, стирая пальцем слезинку с любимого лица…

— Обещаю, буду на связи. Ты только не волнуйся! Я со всем разберусь.

С этими словами я покинул больницу вслед за конвоем, сопровождаемый своей охраной.

Гнев и решимость придавали мне сил. Я во что бы то ни стало узнаю правду. И воздам этой твари по заслугам!

* * *

Мы прибыли в полицейский участок, и Раду сразу же препроводили в комнату для допросов.

Тесная, мрачная, с голыми стенами и одинокой лампой под потолком. Типичное место, чтобы давить на психику.

Не дожидаясь приглашения, я уселся напротив Рады, буравя ее тяжёлым взглядом. Сучка скалилась в ответ, всем своим видом излучая ехидство и презрение. Но я видел, как под этой бравадой прячется страх.

— Ну что, допрыгалась? – процедил я, наклоняясь к ней через стол. – Думала, это сойдет тебе с рук? Что можно безнаказанно покушаться на чужие жизни?

Рада вздернула подбородок, всем своим видом излучая напускную браваду.

— Ничего ты не докажешь, Гурской! Меня оклеветали и подставили! И это всё ты, чтобы я тебе не мешала!

Я резко поднялся, навис над ней грозной тенью.

— Слушай сюда, тварь. Можешь строить из себя невинную овечку, но тебе не отвертеться. У меня есть свидетели, неопровержимые улики. И я найму лучших адвокатов, чтобы упечь тебя за решетку до скончания века! А если этого будет мало – не сомневайся, я что-нибудь придумаю. Подставить тебя по другой статье – как два пальца! Стоит только захотеть…