Книга Друг. Любовник. Муж. 3 часть, страница 47 – Александра Седова

— Да я смотрю у нас тут вечер откровений и серьёзных решений! — вспылил Дан, нервно дергаясь на диване, бросая в Заура уничтожающий взгляд. — И давно ты это решил?

— Давно. — Заур не стал отпираться. — У меня хватает денег чтобы открыть собственное дело.

— Тебя что не устраивало? Бабок мало платили? — не унимается Дан, готовый спустить всех собак на Заура. — Сам говорил, что ты с нами до конца! Выходит, пиздобол?! Кинуть нас захотел?

— Да нет больше НАС! И Автодома тоже скоро не будет. — Резко повысив голос крикнул Никита. Ему тоже было больно, как и нам всем.

Трое лучших друзей сидя за одним столом, смотрят друг на друга как на врагов, ослепленные ненавистью и отсутствием желания понять друг друга. Мне кажется, что я одна все понимаю. Каждого из них. Но ни на что не могу повлиять, и от этого ещё больнее.

Как будто почуяв неладное, Федя решил позвонить Никите. Громкая мелодия входящего звонка прекратилась сразу, как Кит отключил телефон. Экран полностью погас, вместе с невысказанными словами Старого, о чем-то, наверняка очень важном.

Состояние такое, что даже плакать нет сил. Смотрю на стол уставленный закуской и алкоголем, на лица друзей, и ловлю себя на мысли что это поминки нашей дружбы. Так горько, что во рту скапливается омерзительный привкус безысходности.

Следом ожил телефон Заура. Он тоже скинул звонок, мысленно посылая Федю, говоря взглядом в яркий экран что сейчас не время и он позже перезвонит.

Все машинально уставились на Дана, ожидая что Федя непременно позвонит и ему.

— У меня мобильник в номере. — Отвечая на немой вопрос, Дан пожал плечами и открыл бутылку.

Никита встал из-за стола и не проронив ни слова, направился в отель. Не долго думая, я побежала следом.

Оказавшись на пороге его номера я ухватила дверной косяк рукой, лишая Никиту возможности закрыть дверь

— Пожалуйста, не выгоняй меня… — прошу дрожащим голосом. — Дай мне все объяснить.

Кит резко бросается к двери, выглядывает в коридор чтобы удостовериться что там нет случайных зрителей разворачивающейся драмы, и со психом закрывает дверь едва не прищемив мне пальцы, лишая других постояльцев возможности быть свидетелями наших разборок. Чудом успела одернуть руку. Иду к нему, обнимаю за шею, а он морщится как от боли, отворачивается. Но руки мои не убирает. Пыхтит, дышит часто, потом покрывается, словно терпит невыносимую боль от моих прикосновений.

— Никит, я просто не справилась… — почему-то решила начинать оправдываться с самого начала. — Я думала что справлюсь, что выдержу, но я сломалась! — тараторю словно могу не успеть все сказать. Из-за того что тороплюсь, мысли скачут, слова путаются, голос ещё сильнее дрожит, и я ещё сильнее впиваюсь пальцами в его крепкую шею. — Мне снесло крышу! Мне казалось что тебе будет лучше без меня! Это было какое-то помутнение, ты ведь знаешь как сильно я тебя люблю!

Всей душой хочу чтобы он расслабился, чтобы перестал стоять как холодная статуя, чтобы понял, чтобы сказал что все хорошо! Мне так нужны эти слова сейчас!

— Пожалуйста, прости, слышишь?.. — дотягиваюсь до его щеки и провожу по ней носом, мягко целую. Все его лицо покрываю торопливыми поцелуями, не оставляя ни сантиметра. — Я не хочу разводиться… — целую его подбородок, уже горячее. — Я не смогу без тебя… — повторяю как заведенная, чувствую что он готов поддаться, ещё немного…