Книга Девушка моего брата, страница 12 – Ингрид Романова, Саша Ветрова

Боже мой! Почему я не подумала о том, что старший из братьев Новиковых тоже будет здесь? Тогда я бы точно осталась дома, чтобы не видеть этот его взгляд, который заставляет меня чувствовать стыд, вину и все самые неприятные эмоции! Алик ведь и его двоюродный брат тоже. Это логично, что он появится на празднике. Но где сегодня логика, и где я? На разных полюсах Земли, похоже…

— А да, ты же плохо себя чувствуешь, – вспоминает Матвей и, отставив в сторону бутылку с Мартини, берет в руки кувшин с соком. – Ладно.

И хотя он очень старается не показывать этого, в каждом его жесте сквозит недовольство. Он терпеть не может несогласие. А еще слабость в любом ее проявлении: болезнь – одна из них. Помню, как перед Новым годом я на две недели свалилась с Ковидом – Мот тогда всем видом показывал мне насколько разочарован, что я испортила ему праздничные каникулы. Хотя, пока я валялась в кровати с температурой и больным горлом, он не сидел дома, а проводил время в компании друзей. Справедливости ради, перед этим обеспечив меня всеми необходимыми лекарствами и наблюдением врача.

— Все в сборе? – громко произносит именинник, поднимаясь со своего места во главе стола и оглядывая собравшихся. – Кирюха где?

— Минуты без меня прожить не можешь, – раздается за моей спиной ироничный голос, от которого волоски на моем затылке становятся дыбом. А следом на два свободных места рядом со мной усаживается Кирилл и его спутница.

— Твое эго, как всегда, пришло раньше тебя, Новиков, – тянет Алик с широкой улыбкой.

А Кирилл не возражает. Напротив, поднимает бокал с виски, будто соглашается с ремаркой именинника.

— Давай, брат, за тебя!

Звон бокалов. Хоровод поздравлений. А я даже вздохнуть нормально не могу, потому что внезапно оказываюсь зажата между двумя братьями. Матвей держит руку на спинке моего стула и порой фамильярно поглаживает большим пальцем мою шею. Кирилл сидит так близко, что я ощущаю терпкий аромат его одеколона. А когда он минуту назад наклонился за лаймом для коктейля своей спутницы, его бедро коснулось моего. И я так резко отшатнулась, что пролила на себя несколько капель сока из стакана, получив от Кирилла расстрельный взгляд в упор.

Черт бы его побрал!

Так странно, что до сегодняшнего утра я никогда так остро не ощущала присутствие старшего из братьев Новиковых. Нет, рядом с ним мне всегда было некомфортно, но вот этого странного воздействия, когда под его взглядом у меня трясутся руки и до консистенции желе размягчается мозг, я точно не замечала…

Это все наша поездка в автомобиле. Наверное, когда встречаешься с таким откровенным презрением, в принципе сложно сохранять самообладание в обществе человека, а я с детства была чересчур впечатлительной. Те его слова, которые поставили меня в ряд со шлюхами-содержанками, как татуировка, отпечатались на коже и въелись в мозг. Просто не могу перестать думать о них, особенно теперь, когда он рядом.

— Я в уборную, – шепчу Матвею, поднимаясь со своего места. Я отчаянно нуждаюсь в передышке.

— Не задерживайся. Скоро наша очередь толкать тост.

Я киваю. Даже выдавливаю из себя улыбку. Но стоит мне достигнуть спасительного уединения туалета, как ее место занимает уставшая гримаса. Даже отчаянная.

Когда уже этот день закончится… Я больше не могу.