Книга В объятиях тёмного короля, страница 69 – Аманда Лили Роуз

— Тише! – выкрикивает Сальваторе, резко хлопнув меня по обнаженной заднице, – и потом еле слышно добавляет: – Чем Лука только думал, мать его? Добавил мне головной боли!

Золотистые кудри переливаются в солнечных лучах, играя на ветру, а ее звонкий смех разносится прекрасной мелодией вокруг меня, заставляя меня искренне улыбнуться. В этом белом легком платьи она похожа на ангела сошедшего с небес.

Я осторожно вытаскиваю розу из внутреннего кармана своего пиджака и протягиваю её ей. Это белая роза с тонкими красными прожилками. Она любит белые цветы, но в саду нашей матери не растет ничего другого.

— Merci^[7], – отвечает она с искренней радостью, делая забавный реверанс, и оставляет легкий поцелуй на моей щеке, который заставляет моё сердце забиться быстрее. А потом еле слышно добавляет: – Ты чудесен.

Видеть её счастливой в синей мантии и выпускной шапочке – то, о чем я мечтал. Я сделал всё, чтобы она могла жить той жизнью, о которой мне и Микеле оставалось только мечтать. Мы никогда не знали радости школьных дней, не знали, что значит беззаботно прогуливать уроки с друзьями. Всё обучение проходило дома, и учёба была лишь фоном – нас учили совсем другому. Нас учили быть безжалостными убийцами и мы, как и наша сестра закончили школу с отличием.

И я даже не знаю, кому в нашем мире приходится труднее – женщинам или мужчинам. В таких семьях, как наша, рождение девочек не отмечают, ведь они не приносят пользы для семьи. Их судьбы предопределены: как только им исполняется восемнадцать, их выдают замуж за тех, кого считают выгодной партией, но опять же – для семьи, а не для самой девушки. Никого не волнует, перекошен ли у неё рот, когда она, стиснув зубы, произносит “да” у алтаря. Это словно бездушный ритуал, где её желания и мечты остаются в тени, а на первом плане – интересы семьи.

— Ему не разрешили приехать? – перебивает мои затянувшиеся мысли её звонкий голосок.

Ее голубые глаза так прожигают меня, что мне придется сильно постараться, чтобы уверенно солгать ей. И я быстро прикрываю свои глаза солнечными очками.

— Нет, – уверенно вру я. – Он ещё слаб после операции.

Интересно, что она всё равно ждёт этого мудака! На самом деле он вовсе не слаб. Операция на сердце прошла успешно и он уже ходит и даже заигрывать с медсестрами… Старый кобель! Но он ни разу за это время так и не спросил, когда у Луизы будет церемония вручения школьного аттестата. А я и не увиделся, ведь ему всегда было плевать на то, что происходит в её жизни.

Луиза хмыкает и морщит носик, но не показывает своего разочарования.

— Отлично выкрутился, – слышу я голос Микеле за спиной. – Думаешь, она поверила?

— Нет, конечно! Она ведь не дура! – отвечаю я, стараясь не выдать своего волнения.

В этот момент на сцене, которую специально соорудили на заднем дворе школы, громко объявляют имя моей сестры:

— Луиза Монтальто!

Она, словно ветер, мчится за своим аттестатом, и я не могу не заметить, как Микеле тихо шепчет себе под нос всего одну фразу:

— Только не грохнись… Только не грохнись.

И… его магия срабатывает! Луиза – девчонка, вечно путающаяся в своих собственных ногах, получив красную папочку с аттестатом, вскрикивает с восторгом:

— Франция, жди меня!

А я впервые в своей жизни испытываю чувство гордости за члена семьи Монтальто.