Книга Отец подруги. Запретные желания, страница 71 – Лана Пиратова

— В кабинет зайди, — кидаю Наташе и, еще раз грозно взглянув на мужика, выхожу.

Иду в кабинет.

Сука, как же хочется выпить!

Впиваюсь взглядом в бутылку виски на полке в шкафу.

Нет, Николай. Нет. Нельзя. Ради Лики и ради Птички.

— Тебя выписали? — за спиной раздается голос бывшей.

Резко оборачиваюсь и вижу ее. Уже одетую.

— Почему не позвонил? Я бы встретила, — она подходит ко мне и хочет погладить мою скулу, но я перехватываю ее руку. Останавливаю.

— Собирай вещи и уходи, — говорю я спокойно.

А почему я должен нервничать? Мне похер на нее и на ее мужиков.

— Ты ревнуешь? — улыбается она.

— Нет, — отвечаю просто. — Не хочу грязи в моем доме. В доме, где живем я и Лика.

— И твоя девка? — кривится Наташа.

— Это не твое дело.

— Это и мой дом!

— Нет, Наташа. Это только мой дом и дом Лики. У тебя есть жилье в Англии. Туда и води мужиков. Мне тут эта грязь не нужна.

— Ох, Николай, ты все такой же сноб, — вздыхает она и отходит. — Славе предложили контракт в Европе. Он зовет меня ехать с ним… — и загадочно смотрит на меня.

— Наташ, мне уже давно похер и на тебя, и на твоих мужиков. Если этот урод не хочет вместо Европы оказаться в больнице, оба валите. Пока я даю время.

— Но как же я, Николай? Я ведь мать Лики!

— Это хорошо, что ты еще помнишь об этом, — усмехаюсь. — Никто не лишает тебя общения с дочерью. Это только ей решать. Но в этом доме ты больше не живешь.

Она недовольно поджимает губы и разворачивается, чтобы уйти.

— И да, Наташ, надеюсь, у Славы хорошая зарплата там? Потому что я урежу твое финансирование. Да и ты еще вполне можешь пойти работать.

— Что?! — она резко поворачивается ко мне и смотрит зло. — Это и мои деньги! Мои!

— А я и не лишаю тебя твоих денег, — я спокоен. — Я лишь уменьшаю их. Для жизни тебе вполне хватит. А твои капризы теперь есть кому оплачивать.

Она пыхтит, сжав кулаки. Но я не намерен устраивать скандал.

— У вас пять минут, чтобы съебаться отсюда, — говорю жестко. — В противном случае я попрошу охрану очистить дом.

Наташа еще зло смотрит на меня несколько секунд, но, видимо, поняв, что спорить бесполезно, уходит, хлопнув громко дверью.

Вот так.

Шум в доме и я в окно наблюдаю, как они с любовником выходят из дома с чемоданами Наташи, садятся в машину и уезжают.

Все.

Обхватываю руками затылок и зажмуриваюсь. И тут звонит телефон.

Я очень жду звонка и поэтому бегу к столу, на котором лежит аппарат.

Это не Мурат. Звонят из клиники.

Быстро отвечаю.

— Николай Евгеньевич, — знакомый голос доктора.

— Да, я. Что случилось?

— Лика хочет вас видеть.

Громко выдыхаю, почувствовав укол в сердце.

— Как она? — спрашиваю хриплым голосом.

— Все хорошо. Вы можете увидеться. Когда вы сможете приехать?

— Я выезжаю.

Перед палатой дочери я стою в нерешительности. И Лика, и Влада обе дороги мне. Я не откажусь от своей Птички. Но и дочь потерять не могу.

Конечно, Лика любит мать. И меня она любит. Я знаю это. А значит должна принять мой выбор.

Стучусь и открываю дверь.

Дочь сидит на кровати и смотрит в окно. Услышав меня, оборачивается. Долгие секунды и она улыбается. Слабо, но улыбается.

И эта ее улыбка вдохновляет меня. Закрываю дверь и иду к ней.

— Как ты, Лика? — спрашиваю я, подходя к кровати.

Кладу руку ей на голову и медленно провожу по мягким волосам.