Книга Коробка Наказаний, страница 46 – Крис Гофман

— Да, конечно. Пусть это будет четвертым. Твоя мастурбация и полноценный сеанс с дилдо спишут его.

— Господи, — срывается с ее губ. — Если честно, я стесняюсь, — Алина решает быть откровенной. Может быть… вы мне поможете?

— Ммм, считаешь сама не справишься? — ее предложение меня манит, неплохой вариант развития событий.

— Я не могу вот так просто заняться мастурбацией, пока вы сидите и смотрите, давайте как-то вместе это сделаем, что ли, — краснея, значительно понизив тон, предлагает Алина.

— Раздевайся, — приказываю и она немного дергается. Не знаю, по какой причине она такая нервная, ощущение, что ее били и тело помнит опасность. Реакция, по крайней мере, именно такая.

Алина медленно расстёгивает юбку, ее руки сексуально скользят по бедрам, твою мать, какая у нее фигурка, каждый раз приливает в паху, когда она остается в одном нижнем белье, так и хочется завалить и вытрахать. Снимает водолазку, оставляя на себе лишь прозрачный бюстгальтер, через который отчетливо видны пуговки сосков. Грудь у Алины небольшая и аккуратная, именно такая, как я люблю. В мыслях я уже представляю, как облизываю набухшие соски и иду вниз языком по животу.

В скромности этой девушки столько порока, что я не могу думать ни о чем, кроме как о сексе с ней. Интересно, какая она внутри? Наверняка узкая и тугая, неиспорченная и не может быть другой. Хочу ощутить свои толчки в ее теле, прижать к себе и наконец-то разрядить яйца в милую Алину, испытать качественный оргазм, хорошенько ее отодрав. Все эти игры с реверансами начинают меня утомлять, хищник внутри — жаждет плоти и разврата, а не соплей, с которыми мы уже перебарщиваем.

Тем временем Алина не тушуется, подходит ко мне ближе и разворачивается спиной.

— Расстегнете? — произносит, как мне кажется, нарочито сексуально. Или у меня едет крыша, или девушка реально желает нашего траха.

Не проронив ни звука, сдвигаю волосы с ее плеч и пальцами расстёгиваю крючки бюстгальтера, высвобождая грудь. Алина приподнимает руки, делая ими впереди крест-накрест, чтобы прикрыться.

— Опусти их, не занимайся ерундой, — рычу около ее шеи. — Хватит мямлю из себя строить, выпусти ту порочную суку, которая живет в каждой женщине. Что ты теряешь, Алин, — продолжаю соблазнять как змей искуситель, — через пару дней закончатся наказания и ты больше не увидишь меня никогда. Стоит ли стесняться? Я тот самый прекрасный принц, с которым ты можешь раскрепоститься и попробовать что-то новое, — заканчиваю и кладу руку на бедро.

— На принца вы не тянете, скорее прекрасное чудовище, — исправляет Алина. Затем берет мою свободную ладонь и перемещает ее в трусики. — Сейчас я покажу как мастурбирую, вы же этого хотели? — своей рукой накрывает мою и подтягивает к клитору. — Тогда помогайте мне получить оргазм. Издает такой стон, что каменный стояк, кажется, сейчас разорвет штаны…

— Эта дура никак не может повлиять на свою дочку, папа. Для Алины мать не авторитет. Был уверен, что она прислушается к маменьке хотя бы немного, но увы и ах, — злобно высказываю отцу. Алина бесит своим непослушанием.

Неуступчивость Алины начинает раздражать. Она не желает идти на диалог и показывает свой характер с каждым днем все больше. Из некогда покорной и послушной девушки, она трансформировалась в независимую и умеющую отстоять свои права. Это неимоверное бесит и вызывает во мне ярость.