Книга Коробка Наказаний, страница 28 – Крис Гофман

Фиксирую левую ногу ремнем и пристегиваю к кровати, следом, повторяю действие с правой ногой и достаю второй комплект ремней, который предназначен для рук.

Алина лежит абсолютно спокойно и даже видом не показывает своего волнения, однако, я замечаю, как дрожат ее коленки и пальцы на руках. Безусловно, она волнуется, я ее понимаю. Находиться с посторонним мужчиной, совершенно обнаженной, непонятно в какой комнате, ведь она даже не видела, куда я привел ее из гостиной, достаточно волнительно. Учитывая все обстоятельства, Алину можно только похвалить за смелость и умение расслабиться. Понимаю, что она мне доверяет, даже если сама еще не осознает этот момент в полной мере, на подсознательно уровне — абсолютно точно.

Все, чего мне сейчас хочется, трахнуть ее, вот так, лежащую беззащитно на кровати, чтобы не могла даже дернуться под тяжестью моего тела и глубоких фрикций, но… разве стоит первый раз брать Алину, не видя ее глаз? Не считывая реакций с лица? Лишив возможности слышать мои грязные словечки, которые ее так волнуют. А они волнуют, знаю точно, хорошие девочки частенько сходят с ума по сальным фразочкам во время секса.

Нет… трахнуть Алину, это самое простое. Что может быть примитивнее, чем просто засадить в ее вагину член и кончить? Да, это чертовски приятно, и я безумно хочу ощутить себя в ней, но… не сегодня. Не сейчас. Я дожму до градуса, когда она будет сама меня просить о сексе. Это куда интереснее, чем бездумное тыканье хера в тело.

А сейчас — я хочу играть. Наказание — это не только боль, оно даже в сладости. Алина внутренне так зажата и стеснительна, что любое действие, которое я ей приказываю выполнить — мучение. Даже примитивный стриптиз, который был в первом конверте наказаний. Что же будет, когда мы дойдем до других игр?

Все меньше хочется раскрывать Алину для кого-то, и все больше возникает желание открывать ей что-то новое для того, чтобы чуть позже этим воспользоваться самому. Она нравится мне, хоть я никогда и не переступлю границу, не признаюсь в этом. Все равно смысла нет, она чужая женщина. Однако, себе то можно не врать о том, что чувствую, находясь рядом с Алиной?

И я не вру…

Мое второе наказание является весьма специфичным. Думала ли я, что Властный подключит практики БДСМ? Конечно, нет. Пугает ли меня это? Не могу ответить на этот вопрос утвердительно, так как в одно время и сама увлекалась теорией по этой теме.

То, что Захар решился со мной на сенсорную депривацию — пугает и, одновременно, манит. Где еще я смогла бы попробовать нечто особенное как это? Вариантов избежать наказания у меня нет, поэтому остается лишь расслабиться и отдаться воле своего мучителя.

После того, как Властный завязал мне повязку на глаза, я ощущаю себя частично дезориентированной, однако, вполне понимаю и считываю те события, которые происходят. Звук голоса Захара, словно маяк, на который я ориентируюсь и не даю себе впасть в панику. Признаюсь, в те моменты, когда он замолкает, становится не по себе. Голову "разрывает" от различных мыслей, по поводу того, не ушел ли он, оставив меня одну, не позвал ли кого-то еще в комнату, быть в роли наблюдателей, в лучшем случае, или исполнителей, при худшем развитии сценария. Мозг находится в постоянном напряжении и пытается понять, что же происходит именно в данный момент, подкидывая красочные картинки событий и варианты развития происходящего. И они, признаюсь, не самые радужные.