Книга Подлец, страница 38 – Мия Блум

— Нет! – слишком резко реагирует мужчина. – Я не желаю никаких обследований, сейчас как затянут в больницу и начнется, а у нас на носу открытие «Искры», - объясняет свою реакцию. – Не хочу тебя подводить. – Думаю, это паста, Марине ведь тоже плохо, - смотрит на меня каким-то странным взглядом.

Бедняга, наверняка изводится от мысли, почему на его месте не я, и выворачивает наизнанку именно его.

— А ты как себя чувствуешь?

— Отлично, - говорю ему с улыбкой. – Как видишь, твоя кухня на меня никак не повлияла. Отлеживайся сегодня, поеду на работу без тебя, хочу провести пару проверок, подчистить ряды от засидевшихся сотрудников.

— Ты опять в офис? – недовольно реагирует. – Дашут, ну, какие проверки? Твоему любимому человеку плохо. Побудь со мной. К чему ненужная суета, пару дней ничего не решат. Раньше и месяц могла не появляться.

Ага, не решат. Наверное, соображает, как поскорее замести следы, чтобы не словили за хвост. Перед Мироном маячит огромный срок за отмывание денег. Молчу уже о сбыте товаров. Подробностей еще не знаю, но понимаю, что не самых разрешенных.

— Вот именно, мой хороший, - лживо продолжаю улыбаться и корчить из себя заботливую. – Эти дни ничего не решат, отдыхай, расслабляйся, пришло и мое время поработать.

— Тогда я поеду с тобой, - говорит и тут же срывается в уборную.

К счастью, поехать со мной у великого отравителя и махинатора не выйдет, только если с пакетом в руках и частыми остановками в туалет.

Мирон вызывает отвращение. Смотрю на него и не могу понять, чем я заслужила такое отношение. Он ведь не просто решился на грабеж, а в целом, на убийство.

Жаль, что доза была мала, лучше бы зелье его отравило с концами, получил бы по заслугам, от собственной изворотливости и самоуверенности.

— Дашут, наверное, ты права, сегодня я не помощник, - выходит с мокрым полотенцем на лбу. – Так мне ужасно.

— Вот-вот, ложись и спи. А я поработаю, - отвечаю Мирону и направляюсь к двери, прихватив папку с документами.

— А поцеловать?

Его желание вызывает презрение. Убийца, желающий целовать жертву, как это «мило».

— У меня макияж, а ты только что занимался не лучшими делами, так что шлю тебе воздушный поцелуй, - фальшиво сюсюкаю и выхожу из квартиры.

В горле ком. Как же мерзко понимать, что мужчина, которому ты отдала душу и сердце, ответила согласием на брак и была готова родить детей – гадкий слизняк.

Хочется раздавать его, высказать в лицо все, что думаю о его попытках сломать мою жизнь и жизнь его семьи, но я держусь. Слишком рано.

Месть – блюдо, которое подают холодным.

Спускаюсь на парковку и замечаю Матвея.

— Что ты тут делаешь? – смотрю на него удивленно. – А если бы я была с Мироном? Чем думаешь? – произношу взвинчено.

— Ты ведь без него, зачем нервничать?

— Какое-то важное дело? До офиса никак не подождет? – задаю вопрос.

— Необходимо обсудить ситуацию, в которой оказалась твоя фирма. Дело не терпит отлагательств. Я ведь писал тебе.

— Садись, подвезу, заодно и обсудим, - открываю дверь авто.

Матвей подходит и захлопывает ее, произнося:

— Уж лучше вы к нам, не хочу рисковать.

— В каком смысле?

— Откуда я знаю, не напичкана ли твоя машина прослушкой, - приподнимает бровь.

— Не неси чушь, кому это нужно? – фыркаю в ответ.

— Знаешь, Даша, человек, который торгует запрещенными препаратами и ворочает огромными суммами, способен и не на такое. Не удивлюсь, если вскоре тебя захотят убрать.