Книга Подлец, страница 32 – Мия Блум

— Как ты себя чувствуешь? – спрашиваю Марину, уложив в постель. - Хоть немного оклемалась?

Подруга выглядит ужасно бледной и ее знобит.

— Уже гораздо лучше, - отвечает полушепотом. - Кошмар, как же мне было плохо, просто выворачивало наизнанку, - продолжает устало.

— Послушай, мне кажется, тебе нужно сдать анализы. Во-первых - для здоровья, необходимо убедиться, что все в порядке, а во-вторых, – замолкаю, закусывая губу.

— А во-вторых? – переспрашивает Мариша.

— Мне кажется, что у тебя отравление, - делюсь мыслями.

— Отравление чем? Я ела только пасту у вас, да круассан утром, но не думаю, что он так долго переваривался и дал подобный эффект. Меня настолько шатало, боюсь, если бы лишнее не вышло наружу – двинула бы коньки.

— Вот именно. Это от ужина, который приготовил Мирон, - убеждаюсь в своих словах.

— Но с тобой-то все в порядке, с женишком тоже. Нет, я, конечно, недолюбливаю твоего ухажера, но дело не в еде.

— Тарелка предназначалась мне. И на твоем месте сейчас была бы я, - даю ей пищу для размышления. – Ты ведь сама захотела порцию больше, взяв мою еду.

— Даш, ты чего? Хочешь сказать Мирон тебя травит? – резко подскакивает.

— Почти уверена в этом. Нужно сдать анализ, понять, чем, - рассуждаю вслух.

— Если он не идиот, то выберет средство, которое сложно распознать обыкновенным анализом. Стоп! Ты ничего не хочешь мне рассказать? С каких пор твой потрясающий любовник и будущий муж решил сжить тебя со свету? Я в шоке! – продолжает возмущаться Марина. – Давай звонить в полицию.

— Перестань, какая полиция? Не будь такой наивной, пожалуйста. Для начала нужно разобраться самим, что вообще происходит. Я в каком-то диком шоке. На меня в буквальном смысле слова обрушилась лавина грязи, которую проворачивает за моей спиной Мирон.

Не в силах больше сдерживаться, я рассказываю Марине о пансионате, о Нине с детьми, предположениях, что у него с бухгалтером Верой роман и, как вишенка на торте, его возможных попытках меня ограбить.

Я говорю и говорю, а глаза Марины все больше округляются.

— Мирон живет на две семьи? – ошарашенно переспрашивает.

— Как видишь, - опускаю глаза.

Мне стыдно, что я такая непроходимая дура, что какой-то аферист нашел ключик к моему сердцу, влюбил и облапошил, как безмозглую идиотку. От обиды снова начинаю плакать.

Я редко позволяю себе слезы, быть слабой и открытой, и мне некомфортно подобное состояние. Который день я не могу держать себя в руках и поддаюсь эмоциям.

— Урод. Какой же он урод. А что его жена, Нина?

— Я ничего ей не говорила, но судя по всему – стоит. Если он решил меня травить, то может провернуть подобное и с ней. Женщина она достаточно приятная, не желаю ей зла. Нина еще больше предана своим законным муженьком. Столько лет жить, рожать детей, переживать невзгоды и получить удар в спину, - делюсь с Мариной.

— Нужно сохранять холодную голову, то что он тебя травит – это еще на сто процентов не доказано. Что касается жены, думаю, ты права, необходимо все рассказать. Удар, конечно, будет ужаснейший, но лучше открыть ей глаза. Неизвестно на что способен этот гад. А еще, надо поболтать с этой Верой, - барабанит пальцами по прикроватной тумбочке Марина.

— Зачем? Она ничего не скажет. Ощущение, что у них с Мироном тандем не только денежного плана.