Книга Предатель, страница 74 – Мия Блум

— Я бы на многое могла закрыть глаза и прощала всякое. Но не Соню в постели, не воровство, не то, как он бросил меня, корчащуюся от боли. Это за гранью. Знаешь, я смотрю на него и ничего не чувству. Все бабочки в животе сдохли, а сердце бьется ровно в сторону Ивана. Осталось избавиться от позывов тошноты, потому что это все, что я сейчас искренне чувствую, при виде его наглой рожи, которая шепчет мне «прости, я все осознал».

— Ксюня, мы справимся, обещаю! И ребеночка родим, и тебя пристроим в хорошие мужские и крепкие руки. Тебе давно стоит почувствовать себя женщиной, а не лошадью скаковой.

— Звучит нереально. Скакать у меня установка по умолчанию, - вытираю слезы.

— Потому что не было достойного и настоящего мужчины.

— Не трави душу, - окончательно успокаиваюсь. Хорошо, что у меня есть подруга, с ней можно обсудить то, что не станешь с отцом или кем-то посторонним.

— Ксения Игоревна, - слышу голос своего врача, Кирилла Сергеевича, - через десять минут капельницы, потом зайду на осмотр, - сообщает, не отрывая глаз от какой-то бумажки. Затем замечает подругу и здоровается.

Ленка в своем репертуаре изучает моего врача и улыбается, источая женские флюиды. Кирилл Сергеевич дает еще несколько указаний и покидает мою палату, после чего подруга заговорчески шепчет:

— А этот врач ничего такой, видела?

— Ой, Лена, хватит меня ко всем сватать, - сразу отнекиваюсь.

— Я тебя, конечно, очень люблю, Ксюня, но при чем тут ты? Мне и самой он понравился…

— Что будем делать с долгами? – спрашиваю маму, которая находится в депрессии.

После того как Игорь выгнал ее из дома она чернее тучи и не желает вникать в проблемы, которые мы натворили по ее вине.

— Мама, - психую, - ты оглохла? Нужно найти еще два миллиона. Машину удалось пристроить только за три, и то, надеюсь, клиент не соскочит, иначе я сойду с ума, - делюсь с ней. – Чего ты молчишь? Хватит уже страдать по этому придурку Игорю, можно подумать ты его любила.

— Замолчи, - отвечает грубо, но без жизни в голосе. – Я не представляю как теперь отмыться от позора, а вина всему ты. Какого черта раскрывала свой рот в полиции? Где мозги, Соня? Я всегда учила тебя быть хитрее, умнее, молчаливее, но ты… Все больше понимаю, что порода не в меня, а в безмозглого папашку.

— Да Ваня доконал меня! - начинаю оправдываться. - Сколько можно об этой дуре Ксюше ныть и третировать деньгами и доказательствами ее измен? Нормальный бы уже закрыл долг и не устраивал вонь. Именно он разболтал всю информацию, в том числе слив ее Игорю.

— Ох, Соня, - берется мать за голову. – Тут и без Ивана хватает. Это же ты как дура орала, что не беременна! У меня даже нет слов от твоих выходок. Сначала одно, потом второе – кто ж в это поверит? Ощущение, захотела ты действительно на нары. Поверь, Игорь настроен настолько решительно, что не сомневаюсь – без денег у нас будут огромные проблемы, а вернее уже есть.

— Так я и ищу их! А чем занята ты? Оплакиванием своего никчемного брака? Пусть идет нахрен папашка недоделанный.

— Языком ворочать легко, да? – в голосе матери появляется злость. – А я на этого мужчину поставила все. Положила жизнь. Если бы не ваши с Иваном языки, все могло сложиться иначе. Сейчас рыдала бы Ксения, идиотка, которая все годы болталась под ногами, а не мы. Что теперь прикажешь делать? Игорь был нашим гарантом на хорошую жизнь и безбедную старость. Да и… полюбила я его, - мать закрывает руками лицо.