Книга Ты нас променял, страница 91 – Мия Блум, Крис Гофман

— Злата, я люблю тебя, — сокращаю между нами расстояние. Мои губы перемещаются на ее шею, и я покрываю ее поцелуями, языком веду по всем чувствительным местам, которые сводят Злату с ума, и ощущаю, что она поддается и откликается на мои ласки. Наши губы сливаются в поцелуе и четко осознаю, что она решается. Она готова дать нам шанс.

У меня было много женщин до брака, но ни с кем мне не было так сложно, как со Златой, ни за кого я так не боролся, не бегал, не нуждался ни в ком так, как в ней. Наверное, не потеряй я жену, не понял бы своих истинных чувств до конца, не осознал, как хрупки человеческие отношения. Порой нужно здорово оступиться, сделать неверный шаг и потерпеть крах, перед тем, как начать жить иначе, трансформироваться, изменить свои мысли.

Мне все равно, что у Златы куча тараканов, что у нее огромное количество личных загонов и страхов, теперь я готов разбираться со всем этим, и раскрывать ее для себя же самой. Уверен, что сообща мы справимся.

После поцелуя мы долго смотрим в глаза друг друга, словно опасаясь что-то испортить любой сказанной фразой. Нарушить нашу невидимую тонкую связь.

— Как ты себя чувствуешь?

— Теперь гораздо лучше, только вот о тебе переживаю. Не хочу, чтобы заболел, — отвечает Злата.

— Если это и случится — поцелуй того стоил, поверь.

Неожиданно Злата прижимается к моему торсу, словно желает получить защиту, и произносит:

— Мне так тебя не хватало, — ее плечи начинают дрожать, а я ощущаю, как к горлу подкатывает ком.

Что же мы творим? Жизнь летит и тратить время на обиды — самое глупое, что может быть. Я уверен, что не предам жену и распоряжусь ее шансом, как самым важным и ценным подарком всей жизни.

В любви не бывает просто, любые отношения — это труд, уступки, умение говорить и находить компромиссы. Игра в одни ворота никогда не заканчивается хорошо, и теперь нам предстоит научиться взаимодействовать как единый организм и быть целым, а не сосуществовать просто рядом, как очень многие пары, называя это все семьей и отношениями.

— Мне тебя тоже, — глажу ее волосы, — спасибо, что смягчилась, я сделаю все для вас с Ритой, обещаю, — произношу в ответ.

Спустя три дня Злата выздоравливает, а я укладываюсь в постель с температурой под сорок.

— Поеду домой болеть, не хочу заразить тебя и дочку, — произношу утром, еле открывая глаза.

— Перестань, ты останешься тут, — спорит бывшая супруга, а дальше толком ничего не помню. Меня просто выключает от сонливости, да и жар не придает бодрости, чтобы сопротивляться.

Пока я болею, Злата ухаживает за мной и окружает заботой, что не может не нравится. Плевать, что голова раскалывается на части, куда важнее ее близость и тепло. Признаться, болел бы и болел, только бы и дальше она была рядом со мной, смотрела так, как сейчас.

Риту мы отдаем моей матери на неделю, потому что переживаем, чтобы и она не подцепила бациллы, как случилось в моей ситуации. Римма с удовольствием присматривает за ребенком, возит и забирает ее с занятий и кружков, и молча наблюдает за происходящим между мной и бывшей женой, не спрашивая ни о чем, чтобы не спугнуть.

Спустя неделю мне становится лучше, Злата тоже ощущает себя вполне здоровой, приходит время забирать дочь.

— Помнишь, я хотел подарить Маргарите котенка? Не против, если у вас в доме поселится маленький комочек? — обращаюсь к бывшей.