Книга Забудь меня, страница 75 – Крис Гофман

— Тише, тише, - опускаюсь к Анжелике и приобнимаю ее. – Не нужно бросать ножи, у тебя дети, Вася не стоит того, чтобы сесть за решетку. И слез твоих не заслужил, - пытаюсь ее успокоить.

— Что в ней такого, Дима? Что? Вы там все с ума посходили? Изменять женам из-за какой-то потертой шмары? – смотрит на меня в недоумении.

Ее колотит, женщина еле дышит и я отчетливо чувствую, как Анжеле больно.

Вася стоит напротив и даже не пытается найти слов, чтобы успокоить собственную жену. Глазеет, как придурок, как будто это не он, а я изменил ей.

— Долго будешь отпираться? – задаю ему вопрос.

— Мне не в чем признаваться, - продолжает упрямиться. - Я кристально чистый, как стеклышко.

— Трус, подлый конченый трус, - подскакивает Анжела и налетает на Васю. Толкает его на пол и начинает бить кулаками по лицу, в торс, с ноги ударяет в пах. – Я убью тебя, убью, ты сдохнешь мучительной смертью, предатель, - бьется в истерике.

— Анжела, прошу тебя, - оттаскиваю ее от Васи, - вспомни о детях. Плюнь на это дерьмо и растопчи.

— Ты прав, - выдыхает женщина и хаотично начинает поправлять на себе волосы и одежду. – Этот ублюдок не стоит того, чтобы трепать себе нервы и тратить слезы. – Устрою тебе позор на всю округу, отребье, - пинает его снова в пах и отходит.

— Мне же больно, - корчится на полу Вася.

— Позвони Милане, пусть поможет. Может быть, сбегает тебе за игристым. Хотя, сомневаюсь, это ведь ты ее паж и прислуга. Ты мне противен, мигом собирай чемодан, пока не позвонила братьям и не разобрали тебя на части, как тушеную курицу.

Вася поднимается на карачки, смотрит на меня со злостью и пытается встать.

— Рад? Доволен? Свою семью потерял и меня решил лишить супруги? Я теперь никогда не расскажу тебе правды, ясно? – скалится с ненавистью.

— Какой правды? - подхватываю его за грудки и трясу, - Вася, какой правды? Говори, сука, это ты подлил мне что-то в виски? Признавайся!

— Ничего не знаю, пили вместе, потом ты позвал Милану в свой номер и занимался с ней сексом. Утром заявился еще и ко мне, дабы ее избить. Вот правда! А сейчас она еще и беременная, от тебя.

— Что ты несешь? Вася! Где твои мозги? Я ведь узнаю истину, и ты ответишь за свои поступки, но, смотри, чтобы не было поздно. Если ты меня опоил - упеку ведь за решетку. Неужели ты считаешь, что Милана поможет тебе? – рычу в его лицо.

— Делай что хочешь, я сказала правду, - стоит на своем.

— Чмошник ты, Вася. Отходить бы тебя, выродок, да ты такое ссыкло, что мигом побежишь, как твоя подельница, жаловаться в полицию. Это все, на что вы способны. Только я предупреждаю, скоро и ты, и твои Миланки и Пети окажетесь на нарах.

— Ты ничего не можешь, понятно? Петр управляющий и ему не писаны законы. Что же ты молчал когда увольняли безвинных? Ничего не делал. А теперь, когда самого поперли, решил бороться за справедливость?

— Уволился я сам, Василий. И больше не молчу, повторяю еще раз, улетите все на нары, доберусь до каждого, кто мутил в «Стройтехкоме». Теперь я думаю о том, что и ты в доле.

— Завидуешь? Да? Надо было пользоваться добротой Миланы, она же ради тебя была готова на все! Даже видосы эти заставила снимать порнушные, фу! Ты этого не стоишь, - продолжает Вася.

— Что ты сказал? Это ты снимал? – охреневаю от заявки.