Книга Развод. Семья вдребезги, страница 23 – Тала Рид, Марита Рэй

Лицо Марьяны становится красным, но она молчит.

Иногда мне кажется, что скандалистка побаивается старшего сына, который, как поняла, и не ребенок ей вовсе, и зачастую при нем старается прикусить язык и не фонтанировать желчью, как делает это при Андрее, который готов слушать змею и особо не возникать.

— Я за алкоголем, — добавляет муж. — Полчаса и уезжаем. Настроение не фонтан, если честно.

— Ладно, любимый, — чмокаю его в щеку и улыбаюсь.

— Уф-ф, — выдыхает Марьяна, — пронесло. Ну, как? Удалось? Было сложно тебя прикрыть.

— Все хорошо, мы поговорили с Андреем.

— И все? — хмурится.

— Да, а чего вы ждали?

— Рая, ты серьезно? Хотела, чтобы ты переспала с ним, может быть, записала какие-нибудь ваши разговоры на диктофон, или сняла пикантное видео. Мы должны выжить падлу Элину, чего бы нам это не стоило, — буквально трясется.

— Мы? Извините, но я не подписывалась на все то, что вы предлагаете, — фыркаю.

К счастью, у меня хватает мозгов, и еще не совсем слетела с катушек. Осознаю, что если так топорно подставлю Андрея, он может окончательно отказаться от зарождающейся связи.

Марьяна — хитрая женщина, и предсказать ее действия не так просто.

Кто знает, возможно, она планирует комбо-операцию, и за мой счет одним махом избавиться от нас двоих с Элиной.

Мало верится, что относится к моей персоне благосклонно.

— То есть как? Ты со мной не заодно? — возмущается.

— Марьяна Викторовна, я уже Ветровская, впрочем, как и вы. Жена Ильи. Рисковать браком и положением — не собираюсь.

— Рая, ты что, решила пойти против? — заводится.

Свекровь в это момент пышет недовольством, ее лицо напряжено и сердито.

— Не кипятитесь, дайте время, и мне, и Андрею. У него жена рожает, и сейчас ему не до горячего секса и случек по подсобкам.

— Разочаровала ты меня, Раиса. Но ничего, предоставлю тебе еще один шанс. Желание избавиться от внука и его мамаши не исчезло, а только укрепилось. Хочу, чтобы ты решила этот вопрос. А уж как, думай сама. Как вариант, экологичным способом — просто разрушить семью и отправить колхозницу обратно в Тьмутаракань, но можно…

Рассуждения Марьяны вызывают во мне отвращение. Я та еще сука, но на убийства и прочую муть не готова. Еще чего! Похоже, бабка окончательно свихнулась, и стоит записывать ее треп, чтобы потом не оказаться крайней.

— Родила! — подходит Гена, — мальчишку! Здорового! Три двести, — улыбается.

— Поздравляю, — кривится свекровь, бросая на меня прожигающий взгляд...

Сынок появляется на свет немного недоношенным, но полностью здоровым. Его крик наполняет комнату, и я чувствую облегчение и радость, понимая, что все в порядке.

Как же я переживала! Если бы что-то пошло не так — сошла бы с ума.

Злые слова свекрови, что малыш родится недоумком, буквально засели в мозгах, и на протяжении всех родов насиловали мой разум.

К счастью, все обошлось.

— Поздравляю, мамочка, — торжественно произносит врач. — Прекрасный ребенок! Зря вы так волновались. И вас, папочка, — оборачивается.

Замечаю в палате Андрея.

От вновь нахлынувшей обиды внутри все сжимается.

Где он пропадал?

Почему не присутствовал во время рождения сыночка? — стучит в висках.

Супруг взволнованно смотрит на малыша и берет его на руки; вижу застывшие слезы в глазах мужа.