Книга На адреналине, страница 21 – Кира Оллис

— Очень, – ядовито выдавливает Киллан. – Но примерно с середины я отвлёкся, так что извини, многое пропустил.

— А я рад, что проиграл! – не унимается наш друг. – Давно так не оттягивался. Адри! – зовёт меня, когда наша четвёрка выходит наружу.

— Что? – раздражённо отзываюсь, не глядя на него.

Былая непринуждённость в нашем общении куда-то улетучилась. Поскорее бы наступило завтра: Ник протрезвеет, и я удостоверюсь в ошибочности своих суждений. Удивительно, что Киллана почти не развезло. Выпил столько же, и хоть бы в одном глазу! Были у меня, конечно, предположения, что этот гад может смухлевать, поэтому не сводила с него глаз, контролируя, чтобы содержимое каждой стопки попадало точно в рот. Но нет, похоже, даже спирт не уживается в его организме.

— Ну, скажи, что тебе было весело!

— Было, – соглашаюсь я, старясь не подавать виду, что мне неимоверно холодно. В особенности после разгорячённой атмосферы клуба. – Но пари идиотское. Ощущение, что проиграла в нём я, а не ты, Доминико.

— А вдруг выиграла? – Он встаёт напротив и игриво поддевает мой подбородок указательным пальцем.

Поднимаю взгляд к его захмелевшей мордахе:

— Благодаря тебе, я теперь в плену твоего друга, а ты и рад.

— Не преувеличивай, – отвечает за него Киллан, закуривая. – И прикройся. В больном состоянии ты не сможешь нормально готовить.

Снова всучив свой пиджак, он отходит к обочине, чтобы поймать жёлтый автомобиль такси. В это же время приезжает машина за Николь и Домиником. Пока парни пожимают руки, похлопывая друг друга по плечам, договариваемся с Никки списаться чуть позже и прощаемся.

Мы остаёмся с Киллом одни, и, к моему ужасу, я совершенно не знаю, как себя с ним вести. Что-то ощутимо изменилось, сломалось. Во мне или нас?

Чтобы вернуть самообладание и вновь вспомнить причины, по которым я обязана испытывать к этому человеку антипатию, достаю своё неизменное оружие – телефон. В любой непонятной ситуации я начинаю листать всё подряд, чтобы напустить на себя отрешённость от окружающего мира и создать видимость насыщенной личной жизни. Обычно в ход идут иконки главного меню: ленты соцсетей, заметки, календарь, иногда и настройки. Сейчас под руку попалась галерея. Как на зло, напарываюсь на снимок, сделанный исподтишка пару дней назад.

Киллан вернулся с тренировки по мотокроссу, как обычно, сердитый, но необычно притягательный благодаря слегка взъерошенному виду. Есть в его небрежности и мрачности нечто манящее. Может, моя уверенность в том, что где-то глубоко внутри скрывается мальчик, который заигрался в прятки? Вот только найти я его не смогу, потому что в этой игре я, как и он, засела в укрытии.

Почему нас с тобой никто не ищет, Киллан?

Скинув с плеча спортивную сумку, он промаршировал к раковине, чтобы налить воды. В спешке он не заметил меня, сидящую прямо на полу возле огромного панорамного окна в зоне гостиной. Да и дома меня не должно было быть. В тот день не завёлся мой Buick, и я решила пропустить теннис.

Осушив стакан, Кроу взялся за ткань футболки на спине и лихо её снял. Мне тоже стало жарко и ужасно захотелось пить. Я сидела, затаив дыхание, потому что момент был упущен: если выдам себя сейчас, он поймёт, что я наблюдала за ним не одну минуту.

Когда он успел так конкретно подкачаться? Его атлетическое телосложение примагничивало мой взгляд: чётко прочерченный рельеф в верхней части спины, глубокая линия позвоночника, глядя на которую возникла острая потребность провести вдоль неё пальцем. В то мгновение, когда он опёрся руками на стол и устало опустил голову, я и сфотографировала его. Мне он показался таким ранимым, таким человечным. Я сгорала от желания узнать, что его беспокоило, и решила это запечатлеть, чтобы позже пересматривать и строить свои версии.