Книга На адреналине, страница 102 – Кира Оллис

— Ты долго, – бормочет он, обольстительно улыбаясь.

— Расскажи, что произошло, пока меня не было.

— Ш-ш-ш, – вставляет он, – потом.

Кроу решительно укладывает ладони на заднюю поверхность моих бёдер и толкает на себя, утыкаясь лицом в область под пупком. Бесшумно охаю от такой напористости, а Киллану безразличны какие-либо неудобства. Он шустро проскальзывает сзади под футболку, одновременно покрывая поцелуями низ живота через ткань. Я держусь за его плечи, но ноги слабеют с каждым последующим касанием, искореняющим глупые предрассудки. Врождённая готовность всецело доверяться Киллану стирает сомнения и страхи, даже самые потаённые. Стоит ли упоминать, что он был единственным, к кому никогда не возникало физического отторжения, несмотря ни на многочисленные скандалы, ни на гадкие слова, произнесённые в порыве злости.

Он не сделает плохо, я знаю. И, будто прочитав эти мысли, Килл замедляется, задерживая губы подолгу на одном месте. Мне не нужно, чтобы он был со мной бережным, как сейчас. Его темпераментность и необузданность всегда влекли меня, как пламя влечёт любопытного мотылька. Пламя… В его огне я как раз с удовольствием горела бы вечно. Но Кроу по какой-то причине держит себя в руках.

Желая поскорее перейти к следующей стадии, наваливаюсь на него, и мы под общий беззвучный хохот падаем на кровать. Сцепив пальцы на талии, Киллан с подозрением смотрит на мои действия, когда я сажусь сверху, непроизвольно поелозив вдоль каменной длины, чтобы устроиться поудобнее. О Боги… Нас разделяет несколько слоёв одежды, если трусы и шорты можно назвать таким громким словом, но это лишь сильнее подстёгивает мою фантазию, усиливает предвкушение и будоражит. И это без прямого контакта. А что будет дальше?

— Адри… – Киллан, на лице которого написано вожделение с примесью удивления, запускает ладони под футболку, скользящим движением поднимаясь всё выше и выше, пока не достигает груди. – Чёрт, я хочу смотреть, – не выдерживает он и привстаёт, тотчас снимая с меня помеху, которая улетает куда-то в сторону.

На моих губах оседает судорожный вздох. Мокрые волосы холодят спину, когда Кроу отбрасывает их за плечи и порывисто присасывается к груди. Он прикрывает глаза от блаженства, и я тоже срываюсь в пропасть кайфа вслед за ним. Покусывания и облизывания сменяют друг друга. В какой-то момент подключаются его пальцы, массирующие ягодицы, но Киллан внезапно отрывается и, обводя большими пальцами ареолы сосков, спрашивает:

— Тебе было больно? – Он с интересом изучает штанги, украшающие мой далеко не шикарный бюст.

— Не очень, – отвечаю честно. – Высокий болевой порог, помнишь? – улыбаюсь я, видя его растрёпанность. Он сейчас такой милый. В жизни бы не подумала, что Кроу может быть настолько чувственным. Любопытно, как он проявлял себя рядом с другими?

Тихий смешок делает его ещё более милым.

— Помню. – Скорее всего в его мыслишках сейчас гуляет воспоминание об укусе.

— К тому же, это не все проколы, что ты видел, – уточняю я. – Эти – точно не самые болезненные.

О, этот прищур! Превращение милого Киллана в хищного происходит в мгновение ока. Взгляд с серой дымкой уже плывёт вниз, отыскивая места, в которых может ещё скрываться пирсинг. Вариантов не так много. Всего один с учётом единственного предмета одежды. Как раз на нём и задерживаются суженные хитрющие глазёнки.