Книга Моя (не) зависимость, страница 58 – Аня Истомина

— Хорошо, — кивает полковник. — Давай еще раз. Посмотри на экран.

Соня переводит взгляд на стену. На большом белом экране за спиной полковника появляется фотография первой жертвы. Секунд через пять, второй. Третьей. В основном, все задушены. Но все фотографии выглядят по-разному устрашающими, так как "находки" разной свежести. Соня тяжело сглатывает и кидает короткий взгляд в мою сторону. Я всё ещё сижу с отрешенным видом.

— Вы идете по второму кругу, — отрывается она от экрана и переводит взгляд на Иванова.

— Не заметил, — смущенно хмыкнул он в кулак. — А вот последняя жертва. Посмотри внимательно.

Соня снова медленно поднимает глаза на экран. В канаве в куче листвы лежит обнаженное тело девушки. Короткие черные волосы прилипли к щекам, лицо серое с темными пятнами на коже. На шее почти черного цвета кровоподтек.

— На тебя похожа, — вздыхает Иванов и я вижу, как Соня вздрагивает и передергивает плечами. — А теперь, пожалуйста, ещё раз хорошо подумай и ответь. Ты уверена, что готова стать приманкой для маньяка?

Я вздыхаю негромко, устав от спектакля.

— Да не психуй ты, Истомин, — рокочет полковник.

— Я не психую, — хмыкаю в ответ. — Я буду рад, если она откажется. Соня, отказаться не стыдно.

Соня, бледнея, закусывает губу, долго смотрит на меня, потом снова на жуткий слайд.

— Я уверена, — всем на удивление, твердо выдает она. Я до последнего надеялся, что передумает.

— Ну и дура, — бурчит Иванов и выключает проектор. — Истомин, с тебя ежедневные отчёты по подготовке приманки. Можете быть свободны.

Все начали расходиться по кабинетам. Миша задержался в конференц-зале, разговаривая с кем-то по телефону.

Как только мы с Соней вошли в мой кабинет, она устало облокотилась об стену и прикрыла глаза. Стрессанула.

Я аккуратно прижал ладонь к ее щеке и погладил большим пальцем нежную скулу.

— Ещё не поздно отказаться.

Соня едва заметно подалась навстречу моим пальцам, будто котенок, ищущий ласки, а потом посмотрела на меня.

— Я все решила.

В этом ее "все решила" сквозила какая-то обречённая нотка. Мне внезапно захотелось сжать девушку в объятиях, сказать, что все будет хорошо.

— Ну и дура, — вместо этого я с грустью повторил слова Иванова и убрал руку. Девушка усмехнулась. — Присядь, я сделаю кофе. А потом пойдем в тир.

— Зачем? — удивилась Соня, встрепенувшись, и устроилась на диване, изящно подогнув ноги.

— Стрелять.

— Стрелять?!

Я стоял спиной к девушке и наблюдал, как кофемашина быстро заполняет чашки ароматным капучино.

— Стрелять. Не думала же ты, что я тебя без подготовки в лапы жестокого убийцы отправлю?

Тир был большим и современным. Я любил здесь выпускать пар по вечерам. Особенно, когда что-то шло не по плану. В данный момент мы с Соней находились там одни. Я размашисто подошел к стрелковой позиции, резко остановился, вставляя обойму в пистолет и, вытянув руку, выстрелил. Соня испуганно закрыла уши. Разрядив всю обойму в центр мишени, перезарядил пистолет и протянул девчонке. Она несмело взяла в руки оружие и с сомнением посмотрела на меня.

— Тяжёлый.

— Приятно-тяжелый, — кивнул я.

Я повернул Соню за плечи к мишени и, встав сзади, обхватил ее руки своими, придерживая за миниатюрные ладони с зажатым оружием.

— Жми на курок.

— Я не знаю, как целиться.