Книга Не рыцарь из прошлого, страница 18 – Аня Истомина

— Ириска, — рвано выдыхает Паша, отрываясь от моих губ и спускаясь поцелуями ниже.

Запрокидываю голову, подставляя шею и разрешая себя целовать. Сжимаюсь от очередного нетерпеливого толчка бедер, всхлипываю. Хочу его прямо сейчас.

Вжимаю голову Паши в свою шею.

Плевать, что мы в подъезде. Плевать, что я пять минут назад зарекалась не связываться с ним больше. Три года одиночества и воздержания срывают тормоза и выводят из строя предохранители. Даже не три года, а все то время, что мы расстались. Потому что я умирала без его запаха, без его кожи, без его ласки. Все, что было после него, — лишь аналоги, которыми я пыталась заглушить пустоту.

Он никогда не узнает, как сильно я скучала по нему. Пусть это будет просто секс, но сейчас мне жизненно необходимы его прикосновения и поцелуи.

— Поехали ко мне, — возбужденно шепчет Паша, покусывая меня за мочку уха. — Я отпрошу тебя.

— Нет, — выдыхаю.

— Пошли в машину, — рычит, нехотя отрываясь и пытаясь посмотреть мне в глаза.

— Нет, — уворачиваюсь, испугавшись, что он все поймет.

Сжимаюсь от еще одного толчка. И еще одного. Даже без проникновения мое тело взрывается конвульсиями. Беззвучно вскрикиваю, уткнувшись лбом в его плечо. Вдыхаю аромат его кожи и свежих духов с капелькой моря. Обмякаю под успокаивающие поглаживания по волосам.

Паша аккуратно ставит меня на ноги и, приподняв мой подбородок, мягко целует в губы, а я заторможено отвечаю, не в силах разлепить веки от слабости. Из меня будто вынули все жизненные силы. Глаза режет как при гриппе.

— До завтра, вредина? — шепчет, щекоча истерзанные губы своим дыханием.

— Паш, не надо, — прошу его, собравшись с силами и приоткрыв глаза. — Не приходи, пожалуйста. Не надо приучать к себе Соню.

Он пару секунд смотрит на меня задумчиво, потом отстраняется.

— Вот как, значит? — хмурится. — Для секса в подъезде только гожусь?

Не успеваю ответить на его вопрос.

— В любом случае, — тут же продолжает Паша, — я обещал твоей дочери детскую комнату, поэтому завтра я приду к вам.

Поджимаю губы. Вот упрямый, всё делает по-своему, как и раньше. Так, как считает правильным он.

Отвернувшись, Паша быстро уходит вниз по ступенькам, а мне требуется ещё пару минут, чтобы прийти в себя. Пригладив растрепавшиеся волосы и немного успокоившись, возвращаюсь домой.

— Ну, как? Поговорили? — выглядывает мама из зала, но я прохожу мимо, махнув рукой. У меня нет сил разговаривать и обсуждать Пашу.

Падаю на кровать. Мне будто снова двадцать, и я не могу думать ни о чём другом, кроме него.

— Ириш, ну ты чего? — заглядывает мама.

— Дайте мне немножко побыть одной, пожалуйста, — прошу её, сдерживая слёзы, и она, вздохнув, закрывает дверь.

А мне хочется выть от смеси эмоций.

Меня бесит, что Паша так уверен в своей незаменимости, и в то же время я не хотела его обидеть. Я просто больше не хочу страдать и, тем более, втягивать в это Соню. Но как бы я ни брыкалась, получается только хуже. Я всё больше и больше утопаю в нём.

— Мам, — стучится в дверь Соня.

Я со вздохом сажусь на диване. Погоревали и хватит. Открыв дверь, пропускаю дочь в комнату, подхватываю её на руки, смотрю в лицо моей куколки и глажу её по волосикам.

— Бо-бо, — ловит она мою руку и дует. Невозможно не улыбаться.

— Покажешь мне своего котика? — отгоняю мысли о Паше и возвращаюсь к своей девочке.