Книга Мой дикий босс, страница 72 – Аня Истомина

Судя по всему, мы перешли на новый уровень доверия.

— Что не так? - наглядевшись, удивлённо спросил я.

— Шрамы же, - вздохнула Аня и вытянула ко мне руки, показывая, что на на них виднеется россыпь белых, тонких и не очень, отметин. - Они везде.

В подтверждение своих слов, она чуть-чуть выгнула шею, проводя пальцами по груди показывая мне всё новые и новые следы от аварии.

— Вот этот мне очень нравится ,- остановил я её руку на шраме в ложбинке между груди. - Он очень похож на сердце. Красиво.

Аня нахмурилась, будто не понимая, шучу я или нет.

— А вот этот, - я показал на плечо, - похож на месяц.

Я чуть склонился к ней и провёл пальцем по животу, улыбнулся.

— А вот этот на снежинку… Видишь, как интересно получается, - кто-то себе татуировки делает, чтобы быть красивым, а тебе даже делать ничего не нужно.

— Вы же не серьёзно сейчас? - кисло улыбнулась Аня, смущенно потирая плечо.

— Это почему это несерьёзно? А ещё у тебя очень красивый цветок между лопаток. Я с первой встречи его приметил, когда отряхивал тебя. Можно посмотрю?

Аня подозрительно прищурилась, но всё же повернулась ко мне спиной и замерла. Я откинул её косу, провёл пальцами вдоль позвоночника, обвел узор вокруг блестящего шрама, отдаленно напоминающего цветок шиповника.

— Это очень красиво, Аня. Как произведение искусства. Крокодилы не бывают такими красивыми.

Склонив голову я прикоснулся губами к цветку и аккуратно обнял рукой Аню за плечи. Она вздрогнула, машинально хватая меня за руку, но не спешила её убирать. Просто замерла.

— Извини, - шепнул я. - Я забыл спросить разрешение. Можно?

Казалось, она молчит бесконечно, но потом я всё же услышал короткое “да”.

Я снова прикоснулся губами к шраму и стал медленно прокладывать дорожку из поцелуев вверх к изящной шее.

Аня с силой впилась пальчиками в мою руку толи от страха, толи от волнения, но не вырывалась и не отталкивала меня.

Немного осмелев, я перешёл на плечо, с удовольствием наблюдая, как от места прикосновения губ разбегаются мурашки.

Боясь, что переборщу, я оторвался и шепнул ей на ухо:

— Знаешь, что я хочу тебе сказать? Самые страшные шрамы, они вот здесь, - я скользнул рукой по её ребру и остановился под левой грудью. - Уверен, что у тебя там есть парочка. У всех есть.

— И у вас есть? - обернулась ко мне Аня.

— И у меня есть. Достаточно много, чтобы разочароваться в людях и в женщинах в частности. Но я точно знаю, что даже самые уродливые шрамы со временем заживают. Ну, а шрамы на коже - это такая мелочь, на которую тот, у которого есть шрамы на сердце, даже и внимания не обратит.

Я стащил резинку с ее толстой косы, аккуратно расплел длинные шелковистые волосы, с удовольствием пропуская их сквозь пальцы.

— Ты красивая не потому, что ты идеальная . Ты красивая потому, что у тебя свои шрамы. Я красивый потому, что у меня есть свои.

Мы были так близко и смотрели друг другу в глаза так пристально, что, кажется, могли рассмотреть отражение друг друга.

— Спасибо, - улыбнулась Аня и погладила меня ладонью по щеке. Затем легко провела по волосам, затылку, шее. Дошла до плеча и нерешительно остановилась.

Я притянул ее к себе на грудь, крепко обнимая и поглаживая по спине. С удовольствием почувствовал, как ее пальчики вновь заскользили по моему телу, аккуратно обводя рельеф мышц.