Книга Мой дикий сводный, страница 80 – Аня Истомина

— Понравилось в парк-отеле? – восторженно смотрит она то на меня, то на Мирона.

— Очень, – кошусь на отчима. – Воздух такой свежий. И тихо.

— А какие там процедуры были? – не унимается она, а я замечаю, что Рэм Алиевич перестаёт жевать.

— Баня, – отзывается Мирон тут же. – Закаливание.

— А какие-нибудь развлекательные программы были? Дискотека, клуб?

— Квесты были, – невозмутимо отвечает Мирон, дернув бровями, а я усмехаюсь.

Ну, уж точно – не убавить, не прибавить. Квесты.

После обеда Злата утягивает Мирона в комнату с просьбой помочь в игре. Отчим уходит с ними, а я помогаю маме загрузить посудомойку.

— Ссориться-то перестали? – шёпотом уточняет она, явно намекая на Мирона. – Не обижал тебя?

Смотрю на неё пристально и кусаю губу, раздумывая, как ответить.

— Я нравлюсь Мирону, мам, – наконец решаюсь немного приблизить нас к важному разговору.

— Да это и так было понятно, – отмахивается она, коротко улыбнувшись, и берёт меня за руку. – А он тебе?

— А он мне… – собираюсь с духом и вдруг вижу, как мама бросает взгляд на мою руку и ахает, заметив кольцо. – Предложение сделал. И я согласилась. Только не роди сейчас, пожалуйста.

— Боже мой, – выдыхает мама и поднимает на меня ошарашенный взгляд. – Надо Рэму как-то аккуратно сообщить. Ему нельзя волноваться.

Как будто почувствовав, что речь о нём, на кухню возвращается отчим и, остановившись в дверях, молча смотрит на нас.

— Похвасталась? – хмуро бросает он, окинув нас быстрым взглядом.

— Ты что, знал? – тут же реагирует мама, отпуская мою руку и глядя на него так, что мне хочется испариться.

— Да я сам только что узнал, – фыркает он, скрещивая руки на груди.

Врун.

Сердито смотрю на него. В кухню заходит Мирон, и мы замолкаем. Он быстро оценивает ситуацию и, протиснувшись мимо отца, подходит ко мне и обнимает меня за плечо.

— Алиса Олеговна, мы не могли сообщить раньше – связи не было, – смотрит он на маму таким невинным взглядом, что хочется его ущипнуть. – Я люблю вашу дочь. Я буду её беречь.

— Ага, – усмехается отчим.

— Я же сказал, я всё исправлю, – оборачивается к нему Мирон.

— Что исправишь? – выдыхает мама, прикладывая руки к груди и снова глядя то на Мирона, то на Рэма Алиевича.

— Алиса Олеговна, вы главное не волнуйтесь, – вздыхает Мирон. – Просто я случайно сжёг дом в деревне.

Толкаю Мирона в бок, и он замолкает. Отчим закрывает лицо ладонью и тяжело вздыхает.

— Вы же в парк-отеле были? – смотрит на меня мама, медленно прикладывая ладонь к губам, а потом снова смотрит на отчима. – Рэм?

— Лапуль, они меня задрали ссориться. Я им устроил небольшое… приключение.

— Вы что, одни в деревне жили? – ошарашенно смотрит на меня мама.

— Ну… – пожимаю плечами, – недалеко егерь живёт. С собаками. Всё было очень хорошо, мам. Нам очень понравилось.

— “А в остальном, прекрасная маркиза, всё хорошо”, да, Рэм? – шагает мама к нему, сжимая кулаки. – А если бы с ними что-то случилось?

— Ну, не сердись, лапуль, – миролюбиво поднимает он руки. – Мы не хотели тебя волновать. Самое страшное уже случилось. Максимум – бабкой станешь через девять месяцев.

— Ты беременна? – ахает мама с какой-то новой для меня интонацией и опускается на стул.

Я вижу в её глазах испуг, но в то же время в её голосе сквозит что-то трогательное и сентиментальное.