Книга Мой дикий адвокат, страница 34 – Аня Истомина

Можно подумать, что я собаку себе выбирал, а не невесту.

К слову, я всегда шел своим путем и редко прислушивался к мнению родителей, чем вызывал их недовольство. Но, как единственный сын, мог не беспокоиться о том, что от меня отрекутся, как от нерадивого отпрыска.

Да и они, конечно же, понимали, что даже в свои двадцать пять я был настолько самодостаточным, что мог спокойно обойтись без их помощи, а вот в старости добрые отношения не помешают. Никто не знал, что в мои тридцать два родители скоропостижно скончаются друг за другом, так и не дождавшись внуков. Ни “породистых”, ни без.

Возвращаюсь из прошлого под трель домофона и наблюдаю Жанну. Она одета в джинсы и ветровку, а волосы убрала в хвост. В ее руках — большой пакет, из которого торчит веник и удручающие, искусственные цветы чересчур жизнерадостных расцветок.

— Привет, — иду навстречу и со вздохом забираю у нее пакет. — Тебе идет этот… лук.

— Было бы странно, если бы я на кладбище собралась в чем-то другом, — усмехается Злобина, не поверив в мою искренность. — Ты, вон, тоже в джинсах.

— Ну да, — соглашаюсь, опустив, что это джинсы от Армани. Как и тонкий шерстяной свитер. — Диктуй адрес.

Навигатор показывает, что до места назначения полтора часа.

— Слушай, — выруливаю на главную дорогу, — может, я найму кого-нибудь, кто приведет могилы в порядок, а мы с тобой заедем куда-нибудь пообедать? У меня за могилами родителей специальная организация следит.

— А ты? — оборачивается ко мне Жанна.

— А что я? — хмурюсь.

— Давно у них был?

— Ммм… — задумчиво стучу пальцами по рулю. — Давно. Лет пять… семь.

— Не стыдно?

Удивленно оборачиваюсь на Злобину.

— А почему мне должно быть стыдно?

— Ты не навещал родителей много лет и ничего не скребет на душе?

Закатываю глаза. Женщины.

— Мне кажется, достаточно того, что я исполняю свои обязанности в дань их памяти. Почему обязательно посещать то место, с которым у тебя связаны не самые приятные воспоминания?

Жанна лишь разводит руками, не находя, что ответить.

— Я бы на твоем месте не переживал, ты все равно им не нравилась. — усмехаюсь.

— Это верх цинизма, Доманский. — вздыхает Злобина.

— Окей. Давай хотя бы заедем за кофе. — соглашаюсь и сворачиваю, увидев заправку.

Ну, небыло у меня теплых отношений с родственниками. Я был своевольный, а они пытались обтесать меня под себя. Этакий бизнес-проект. Не очень удачный в их глазах, судя по всему.

Возвращаюсь с двумя стаканами кофе и пончиками. Вручаю Жанне бумажный пакет и трогаюсь с места.

— Я не голодная. — помолчав, отзывается она.

— А я очень голодный. Но мне не удобно есть за рулем. Покормишь?

— Хренов манипулятор, — отзывается Злобушка сердито и шуршит пакетом.

— Есть такое, — ухмыляюсь. — Но мне правда неудобно на скорости.

Откусываю протянутый горячий пончик, придерживая Жанну за запястье. Не могу упустить момент прикоснуться к ней.

— Ммм, вкусно, — запиваю кофе. — Попробуй, пока не остыли.

— Дэн, ну что ты за человек такой?! — внезапно обиженно вскрикивает Злобина. — Врываешься в мою жизнь и рушишь все мои планы! Я на диете!

— Да нахер тебе диета? — возмущаюсь. — Раздевайся, и я докажу, что тебе не нужно худеть.

— Иди в жопу! — фыркает Жанна и с недовольным выражением лица откусывает пончик, отворачиваясь к окну.