Книга Всё равно люблю, страница 20 – Лика П.

— Хасан —

— Хасан Алиханович… – слышалась напряжённость в её голосе.

— Что здесь происходит? – поинтересовался, приблизившись к ней.

— Дело в том, что горничная себе позволила…

— Вернитесь к своим обязанностям.

— Как прикажете, Хасан Алиханович. Екатерина, за мной!

— Екатерина остаётся.

— О-о-о… да, конечно, – было заметно, как задето её самолюбие. Агату Львовну поставили на место перед какой-то горничной.

Гадать не надо, она на мне отыграется…

— И поторопите кухню с завтраком.

— Хорошо, – тветила она, спускаясь по ступенькам.

Перевёл взгляд на птичку.

— Сядь, – сказал, усаживаясь в кресло напротив. – О чём беседу вели? – поинтересовался, урвав лишь её концовку. – Уверен, пропустил самое интересное.

— Нечего рассказывать.

Внесли завтрак, разложив на столе перед девочкой. Мне подали мой кофе. Пожелав нам приятного аппетита, прислуга удалилась.

— Так уж и нечего? – продолжил я.

— Да, – ответила, подняв на меня зелёные глаза.

— Хорошо. Ешь, птичка.

— Благодарю.

Она потянулась за столовыми приборам и принялась за яйца пашот, на гренках со спаржей и ломтиками лосося. А я взял свой кофе, прикуривая сигарету, слежу за девочкой, как она быстро хрустит гренками. Выпуская дым через ноздри, сказал:

— Не торопись.

— Что? – оторвавшись от трапезы, уставилась на меня.

— У тебя никто не отнимет, ешь спокойней.

— А… хорошо, а Вы что же не будете завтракать?

— Мой завтрак – кофе и сигареты.

— Это плохо.

— Разве я тебя спрашивал, плохо это или хорошо?

— Нет, не спрашивали… но ведь это плохо, Вы же сами знаете.

— Я смотрю, ты уже наелась?

— Нет.

— Тогда завтракай молча.

Она продолжила свой завтрак, покончив с яйцами, придвинула тарелку с оладьями. Откусив одну, сказала:

— М-м-м… как вкусно! Моя бабушка такие же оладушки готовила, пышные и вкусные, а вот у меня такие не получаются.

Затянулся сигаретой, наполняя лёгкие едким дымом, выпуская его тонкой струйкой, наблюдаю за ней с прищуром.

— Расщебеталась, птичка, насытилась, видимо?

— Если мешаю, то не буду говорить. Хотела поделиться с Вами своими воспоминаниями.

Сделал ещё одну затяжку.

«Мешает ли она мне? Определённо да!».

— Оставь их при себе, – отставив пустую тарелку и чайную пару, сказала:

— Спасибо, было всё вкусно.

Глава 11. Катя

— Баб Тань, это ты?

— Катя?

— Да-да, это Катя.

— Ты куда пропала? Я уже всех обзвонила и на работу ходила, там, на проходной, столкнулась с твоей бригадиршей. Ух, какая она злая была! Сказала, что ты уволилась и говорить нечего не захотела, села в свой красненький автомобиль, хлопнула дверцей и была такова. Я тебе сто раз набирала на твой сотовый, но там глушь.

— Баб Тань, ты прости меня, что не поставила в известность тебя, эм… – подняла глаза на Хасана, который курил уже, кажется, третью сигарету за это утро, наши взгляды встретились его холодный, а мой готовый простить ему все грехи, будто я имею на это право. – Так уж вышло, ты не волнуйся, со мной всё хорошо, прости что раньше не позвонила.

— Это как, «так вышло»? Что-то я не поняла. Катя, ты где? И с чьего телефона звонишь?

— Я… – не отрываясь, глядя на Хасана, говорю. – Я с человеком, которого бесконечно люблю, а телефон его, свой потеряла, – знала, что он ни за что в это не поверит, поэтому врать не пришлось.

— Вот так запросто бросила всё и уехала к человеку, которого любишь? – негодовала баба Таня. – Деточка, ты в своём уме? Я же места себе не нахожу или ты мне что-то недоговариваешь? – так и вижу, как она в своей манере прищуривает один глаз.