Книга Уязвимость, страница 16 – Тина Альберт

* * *

Наконец, мы добираемся до соборной площади. Стою перед входом в великолепный собор Дуомо, потрясенная его красотой. Ощущение, что его шпили стягивают облака, а стены уносятся в небо, заставляет мое сердце замирать. Прикоснувшись к своему телефону, я понимаю, что не смогу передать эту величественность через камеру.

— Не могу поверить, что я здесь, – шепчу я, оглядывая фасад собора, украшенный восхитительными мозаиками, изображающими сцены из Библии. Меня охватывает чувство благоговения и трепета перед мощью истории собора.

— Дальше будет ещё интереснее, – слышу я голос сзади. Поворачиваясь, я вижу Нейта, сияющего от энтузиазма. Он выглядит невероятно привлекательным, его глаза сияют на фоне этого архитектурного шедевра. Мои чувства смешаны радостью и страхом, когда я вижу его улыбку.

— Что ещё у тебя в запасе? – спрашиваю я, нервно и нерешительно смеясь.

— Пойдём, – отвечает Нейт, улыбаясь.

Горячая волна проникает сквозь меня, когда он так смотрит на меня. Задерживая дыхание, я понимаю, что мои мысли спутаны, мой разум не функционирует.

Он поворачивается и ведет меня вперед, взбираясь по витым лестницам, петляющим вверх к крыше собора. Величественный вид и окружающая природа поглощают меня. Чувствуя его рядом со мной, я ощущаю его близость и энергию внутри себя.

— Взгляни на вид, – говорит Нейт, оглядываясь.

Мои мысли сливаются с его словами. Мне хотелось бы быть здесь с моим парнем, поделиться этими впечатлениями, ощутить все эти эмоции вместе. Но вместо этого стою рядом с его другом, открывая Милан вместе с Нейтом.

— Очаровательно, – шепчу я, отводя взгляд от панорамы города, чтобы взглянуть в его глаза. Я признаю, что его присутствие оказывает на меня сильное влияние, я чувствую, что притягиваюсь к нему.

— Знал, что ты оценишь, – его голос становится нежнее, как будто он признает, что между нами происходит что-то большее.

Мы стоим на крыше Дуомо, встречая в этот особенный момент. Я понимаю, что рядом с Нейтом я чувствую себя ближе к самой себе, ближе к тому, кем я хочу быть. И эта мысль запутывает меня еще больше. Взгляд Вебстера устремлен вдаль, туда, где небо сливается с крышами города.

Мягкий свет сумерек озаряет золотистым сиянием камни и шпили, которые возвышаются, как застывшие в воздухе ноты музыкальной мелодии. Подо мной, как живая шахматная доска, расстилается площадь, оживлённая мельканием людей и транспорта – они кажутся такими маленькими, словно игрушки в руках гиганта.

Изысканные шпили Дуомо тянутся к небу. Они возвышаются, словно лес из мрамора, в котором каждая ветвь, каждый листок высечен с божественной точностью. Солнце, едва коснувшись их вершин, играет на резьбе, заставляя камень искриться.

Через ажурное кружево каменных узоров, острые линии готического собора обрамляют картину, придают ей торжественность и величие. Свет играет на камне, создавая иллюзию движения. Вдалеке города, мерцает легкий силуэт гор, словно дымка, придающая глубину этому искусственному ландшафту.

Передо мной открывается потрясающий вид на город, где современность переплетается с древностью. Окна и балконы, как глаза и улыбки прохожих, смотрят на меня из каждого здания. Безмятежное голубое небо окутывает Милан своим теплым покрывалом.

Мы стоим на краю времени, взирая на город, который живет, дышит и непрестанно мурлычет под нами. Этот момент, этот миг, он – мой, он – наш. И я хочу запомнить его навсегда, как первый вдох чуда.