Книга В объятиях дьявола, страница 62 – Миранда Эдвардс

Оглядываюсь по сторонам, дабы убедиться, что нас никто не подслушивает, и предупреждаю:

— Огромнейшая просьба, Лесли, поэтому я пойму, если ты…

— Говори, – перебивает меня женщина.

Встречаюсь с ней взглядом и тараторю:

— Помнишь, твой знакомый помог мне подделать удостоверение личности? Он сможет сделать нам с мамой и Оливером новые документы? Удостоверения личности, паспорта, свидетельства о рождении. Как у меня, но качественнее, чтобы никто не смог даже и подумать, что это подделка.

Лицо Лесли становится серьезным и хмурым. Она мечется, думая, стоит ли мне помогать.

— Селена… – осекается Лесли, прикусив подколотую силиконом губу, и прикрывает глаза. Проходит несколько минут, и подруга, качая головой, говорит: – Хорошо. Мне нужны ваши фотографии. Он берет предоплату пятьдесят процентов.

— Хорошо, я заплачу, – киваю я. – Только не говори маме.

Лесли закатывает глаза и бурчит:

— Буду я еще тебя закладывать этой… даме.

Крепко обнимаю Лесли, бормоча слова благодарности. Она гладит меня по волосам и не задает никаких вопросов. Лесли немало повидала в своей жизни, и она понимает, что иногда закон – последнее, о чем ты думаешь. Документы дадут нам шанс сбежать к чертовой матери от Росса и Николаса.

— Куколка, ты же помнишь, что ты можешь мне все сказать? Я помогу еще, если надо, – шепчет Лесли мне на ухо. – Одно твое слово – я прибегу.

Я еще много раз благодарю ее, пока мы стоим в обнимку. В уголках глаз скапливаются слезинки безмерной любви к Лесли. В заднем кармане моих штанов вибрирует телефон. Отрываюсь от Лесли, достаю его и вижу номер мамы.

— Да? – отвечаю на звонок, смахнув слезы. – Что-то случилось? Я в приюте.

Слышится тяжелый обеспокоенный вздох. Мама явно нервничает.

— Да, кое-что произошло, – все же говорит мама. Желудок тут же скручивается в узел. Что, если она обо всем узнала? – К Оли в школе кто-то подошел и угрожал. Росс отправил своих людей разбираться.

Весь мир останавливается. Оли – все, о чем я могу думать.

— Оливер в порядке? – выдавливаю я.

Лесли вопросительно поднимает брови. Не говоря ничего, я спускаюсь на кухню, а потом бегу к выходу. Мне нужно увидеть брата, сейчас же. Пока я не увижу Оливера, я не успокоюсь. Он сильный мальчик и обязан быть в порядке.

— Он испугался, плакал всю дорогу до дома, – мамин голос подрагивает. Я чувствую, что она вот-вот заплачет. – За тобой уже приехал водитель, приезжай домой, пожалуйста. Не хочу, чтобы ты ночью была так далеко от меня.

Хочу съязвить, честно. Я каждый месяц провожу в приютах, и раньше ее не беспокоило, как и на чем я добираюсь домой.

Я люблю маму, наш последний разговор по душам не до конца убрал, но все же отодвинул стену между нами. Потом я узнала про договор между ней и Россом, еще и переспала с ним и Николасом. Я не могу перестать винить нас обеих во всем. Ее – в том, что она втянула нас в эту паутину, а себя – за усугубление ситуации. А главное – мы обе подвергаем опасности Оли. Из-за всего этого стена снова встала на место.

— Я уже еду, – бросаю трубку, заметив дорогущий автомобиль.

Из «БМВ» выходит Джон Би. Я снова замечаю снисходительную отцовскую улыбку. Он здоровается и открывает мне дверь. Едем мы в полной тишине. Я написала Лесли, что Оливеру стало плохо, но думаю, что она прекрасно слышала наш с мамой разговор.