Книга В объятиях дьявола, страница 18 – Миранда Эдвардс

Николас шуточно дует губы, вскидывает голову, подняв подбородок, и отходит немного, но все же он еще довольно близко. Я рассматриваю его, не зная, почему не могу отвести взгляд. Что-то в нем меня привлекло на уровне чувств что ли. Опасность? Вполне возможно, учитывая, каких мужчин всегда выбирала мама. Да и я сама, если говорить честно. Оба моих парня были «плохишами» на байках, в кожаных куртках и с косяками в карманах.

— Ты мне задолжала свое имя, дорогуша, – мурлычет Николас. – Шепни мне его на ушко, если стесняешься.

Я закатываю глаза. Ветер становится холоднее, и по ногам ползут мурашки. Растираю бедра и руки, пытаясь согреться. Николас замечает это, снимает с себя пиджак и накрывает им мои ноги. Благодарю его и не могу не бросить взгляд на его тело, которое становится виднее сквозь полупрозрачную рубашку. У него чистая кожа, без единой татуировки. Рельефы мышц выпирают сквозь тонкую ткань сорочки, которая обволакивает тело Николаса чуть ли не как вторая кожа. Он однозначно следит за собой, фигурой и внешним видом.

Настоящий принц.

— Серсея, – наклоняю голову и делаю шуточный реверанс. – Как Серсея Ланнистер.

Николас кривится. Я рада, потому что сама не люблю этого персонажа. Не могу сдержать хихиканье, и мой новый знакомый с облегчением выдыхает и смахивает со лба несуществующий пот, выступивший от якобы нервов. Мы придуриваемся, и мне это нравится.

— Обманывать нехорошо, дорогуша, – Николас цокает и качает головой. – Хочешь, чтобы я угадал?

— Хм, – задумываюсь я и, пожав плечами, заявляю: – Почему бы и нет? Даю тебе три попытки.

В голубых глазах мужчины загорается огонь – он принимает вызов. Николас складывает руки на груди и внимательно осматривает каждый сантиметр моего лица, затем и тела. Взгляд мужчина задерживается в четырех местах: на глазах, губах, декольте и бедрах. Не вижу смысла отчитывать его, потому что я уже начинаю понимать, что это его натура. Обольстительная и любящая женщин. Или секс с ними.

Скорее всего, второе.

— Шэрон? – делает первую попытку Николас.

Я хмурюсь: разве я похожа на девушку, которую зовут Шэрон? Потом до меня доходит его отсылка к фильму «Основной инстинкт», и я вспыхиваю от легкого смущения.

— Я не буду показывать тебе свою киску, принцесса! – шиплю я.

Николас снова подается вперед. Его лицо оказывается опасно близко ко мне, дыхание щекочет мои губы, но я не теряюсь и кидаю на него хмурый и строгий взгляд.

— Мне нравится, как ты говоришь «киска» и не смущаешься, – мурлычет Николас.

Отсутствие багрового лица неудивительно, потому что я привыкла слышать и говорить грязные словечки, работая стриптизершей. За «порочный» ротик и костюмчик ангела доплачивают. Однако секс у меня был лишь с моим последним парнем и всего четыре раза, так что Николас неправильно воспринял мой опыт.

— У тебя еще две попытки, – шепчу я, отвлекая мужчину от темы секса.

Николас ухмыляется, тянется заправить мои волосы за ухо, как во всех мелодрамах, но я бью его по ладони и взглядом предупреждаю, что так делать не надо. Конечно, до него это не доходит. Уверена, что он не оставит попыток прикоснуться ко мне или залезть в трусики.

Опять же, второе вероятнее.

— Кэтрин? – с хитрой полуулыбкой предполагает он. Так звали героиню Шэрон Стоун.