Книга Падший ангел, страница 74 – Миранда Эдвардс

Селена замечает, что зал опустел, и хмурится. Именно тогда я подхожу к их столику и сажусь. Ублюдок непонимающе хмурится, сразу не узнав меня. Он мой ровесник, явно не брезгующий гелем для волос и загаром, дабы скрыть свой возраст от наивных молодых девчонок. Только на этот раз он не на ту напал. Селена какая угодно, но не наивная. Поэтому быстро замечает неладное и уже испепеляет меня взглядом, ничуть не удивившись.

— Привет, Ангел, – промурлыкав, наклоняюсь вперед и целую ее в губы, ясно давая понять ублюдку, что ему ничего не светит. Боги, какая она сладкая.

Селена шокировано выдыхает в мой рот из-за публичного проявления чувств, и ее глаза расширяются. Хмыкнув, провожу большим пальцем по ее нижней губе, вытирая остатки помады, и сажусь рядом с ней, закинув руку на спинку ее стула. Мои люди занимают почти все пространство в кафе, и ублюдок тяжело сглатывает, посчитав, сколько охранников здесь. Он еще раз вглядывается в мое лицо, и в его глазах мелькает осознание. Подмигиваю мужчине, и тот вздрагивает.

Что я могу сказать? Драматизм – семейная черта Кингов.

— Ангел, познакомь меня со своим приятелем, – не могу скрыть злобную ухмылку в голосе.

Мои пальцы опускаются на хрупкое плечо Селены и ползут к ее шее. Чувствую, как по нежной коже бегут мурашки, а с губ срывается тихий вздох. Так Селена реагирует только на меня, и это не изменится. Мне хочется бить себя кулаками по груди, как пещерному человеку. Моя женщина.

— Роб, – голос ублюдка становится выше, чем у моей дочери, когда та играет со своими дядями или няней. Готов поспорить, что он сейчас напрудит в штаны. – Рад с вами познакомиться, мистер Кинг.

— Не могу сказать то же, – хмыкаю я, продолжая поглаживать оцепеневшую Селену. – Но спасибо, что напоил мою невесту дерьмовым кофе. Теперь можешь проваливать.

Ублюдок бледнеет, медленно поднимается с дивана и, что-то пробормотав, бежит к выходу. Один из охранников шугает его, и тот взвизгивает. Когда дверь хлопает с щелчком, я поворачиваюсь лицом к Селене и натыкаюсь на ее разъяренный взгляд. Мой Ангел в гневе, и мне это чертовски по душе. Грудь Ангела часто вздымается, а щечки и вздернутый носик краснеют. Она всплескивает руками и возмущается:

— Что ты творишь?! Чокнутый, глупый, несносный…

Наклоняюсь к ней, приблизившись к ее губам, руками обхватываю ее талию и, сжав, радостно обнаруживаю, что ребра больше не торчат, как у скелета. Мои пальцы ползут к ее аппетитной груди, обтянутой топом с длинными рукавами, и мне требуется вся сила воли, чтобы не обхватить торчащие даже сквозь одежду маленькие бутоны сосков при своих людях.

— Скажи мне что-нибудь, чего я не знаю, – улыбаюсь я. – Жестокий, ревнивый, сумасшедший. Жаждущий, отчаянный, влюбленный до безумия.

Наши губы почти соприкасаются, и Селена затаивает дыхание. Ее длинные черные ресницы трепещут, а глаза вспыхивают.

— Я больше не собираюсь ждать, – заявляю я. – Не после этой выходки.

Поднимаюсь на ноги, утаскивая Селену за собой и закидывая к себе на плечо. Сел визжит, вцепившись ногтями в мою спину, а я тихонько ударяю ее по попке. Один из охранников накрывает ее пальто, и мы выходим на улицу. Селена пару раз бьет меня и орет, чтобы я поставил ее на место, но быстро понимает бессмысленность своих действий. Усаживаю ее на переднее сидение своего автомобиля, а сам сажусь за руль. Сел ворчит себе под нос проклятия.