Книга Падший ангел, страница 13 – Миранда Эдвардс

Лесли увидит мою малышку и потрепанную меня. С нашей последней встречи я уменьшилась килограммов на десять – хорошо, что она не видела меня беременной – и постригла волосы. Они перестали выпадать, но уже не выглядели так же, как раньше, и мне пришлось их постричь. Они все еще были длинными по общим стандартам, но вместо длины до задницы, у меня теперь волосы чуть ниже лопаток. За одно это Лесли может загрызть меня.

Марселла замедляется и начинает зевать. Вскакиваю на ноги, подхватываю свою дочку и, кивнув в сторону клубка из детей, говорю Дексу:

— Наслаждайся, приятель.

Одними губами он мне отвечает:

— Поцелуй меня в зад.

— Люблю тебя, bambinaia (в переводе с итал. «няня»).

Когда мы с Марселлой добираемся до ванной комнаты, она уже пускает слюнки на моем плече. Моя маленькая воительница утомилась от боя с девятилетками, и ее сну даже не мешает шум на заднем дворе, когда дети выходят жарить зефир с Дексом. На стульчике висит ее платьишко, которое Марси сама выбрала для встречи с Лесли. Поцеловав дочку в лобик, сама ухожу спать.

***

— Ты поставил салат в холодильник? – спрашиваю я, измеряя шагами кухню.

Марси сидит на столешнице и грызет яблоко, Оливер, проснувшийся в семь утра после всей вчерашней суматохи, глядит в окно и караулит Лесли. Декс, нарезая фрукт Марселле, водит глазами из стороны в сторону в такт моим шагам.

— Прекрати, у Марси скоро голова закружится, – ворчит Декстер.

Услышав свое имя, дочка смотрит то на своего любимого няня, то на меня. На свою маму она глядит дольше, откладывает яблоко и говорит:

— Пальчик, мама.

Смотрю на свою руку и понимаю, что забыла надеть свой протез. Бегу в свою комнату за фалангой, и именно в этот момент раздается радостный визг Оливера. Слышу хлопок двери и легкие торопливые шаги. Ладошки потеют, словно мне не двадцать лет, словно я не пережила сложную беременность, смерть мамы и побег. Декс с Марселлой на руках заходит ко мне. Дочка упрямо извивается, желая побыстрее увидеть гостью.

— Piccolina, тебя ждут, – говорит он, но я вижу в его глазах теплоту и поддержку.

Кивнув, нерешительно иду к выходу. На лестнице стоит моя Лесли, моя защитница и вторая мама. Оливер обнимает ее за талию и тараторит, рассказывая ей все накопившиеся новости. Лесли гладит его каштановые волосы, а по щекам струятся слезы. Я и забыла, какая она красивая – частичка света из моего прошлого. Она не накрашена, но выглядит безупречно в простых расклешенных джинсах и дутой зеленой куртке. Лесли поднимает глаза и видит меня. Всхлипнув, бегу в ее объятия. Моя дорогая подруга начинает плакать навзрыд. Оли бормочет, что мы его душим и отходит, а я лишь крепче обнимаю Лесли.

— Боже мой, куколка, почему ты такая худая? – женщина ощупывает мой зад, убеждаясь в правдивости своих слов, а затем доходит и до волос. Хриплый вздох вырывается из ее рта. – А волосы где?

Лесли продолжает щупать меня, бормоча что-то о моих выпирающих костях. Не знаю, сколько мы стоим так. Каждая секунда в объятиях Лесли склеивает мое разбитое сердце, и я вспоминаю, что должна ее кое с кем познакомить. Подхватив ее за руку, веду внутрь. Декс ободряюще подмигивает мне, и я чувствую, что я твердо стою на ногах впервые за многие месяцы. Мое прошлое и настоящее в одном месте – последний кусочек пазла для шага в будущее. Декстер опускает Марселлу на ноги, и она уже ковыляет к нам с Лесли. Подруга удивленно выдыхает, быстро смахивает слезы и опускается на корточки. Марси заинтересованно, но немного неуверенно подходит к нам. Темно-синее платьишко с кружевными оборками и ободок в тон делают из нее настоящую куколку.