Книга Падение.live, страница 81 – Ирина Логарт

— Какая же ты дрянь, Мира, какая же ты… — его глаза метали молнии, он тяжело дышал.

— Какая — такая? — усмехнулась я, наслаждаясь тем, что все-таки получилось его довести. Есть шанс, что он меня сейчас, наконец, задушит, но, знаете ли, оно того стоило.

Он напряженно, не мигая, смотрел в мои глаза, железной хваткой стиснув мою шею.

— Все еще голая, — с очень злой усмешкой процедил, наконец, он.

— Держи себя в штанах, — я изменилась в лице, переходя в глухую оборону. — Я голая уже как минимум час и тебя это не сильно волновало. Не прикидывайся, Фаер, что прямо сейчас что-то поменялось.

— В том-то и дело, что ничего не поменялось. Просто ты доигралась, — протянул мужчина.

Доигралась. Да, доигралась, похоже. Я закрыла глаза, пытаясь собраться с мыслями. Этого я и добивалась? Или нет? Я сама не знаю, зачем дразнила его. Знала же, что опасно. И знала, насколько это может быть хорошо.

Он с неподдельным интересом смотрел в мои глаза, когда я решительно их распахнула, свободной рукой разводя мои ноги.

— Придумала, как меня остановить?

— Через десять минут сюда ворвется толпа стилистов, — сквозь зубы произнесла я, пытаясь свести ноги обратно.

— Сюда никто не ворвется без моего разрешения, — его глаза победоносно сверкнули. Он надавил пальцами на внутреннюю сторону бедра, где кожа особенно чувствительна, причиняя сильную боль и вынуждая подчиниться. — Это все твои аргументы?

Я медленно вздохнула.

— Иди к черту, — тихо произнесла я, прекратив сопротивление.

Нет у меня никаких аргументов.

Он глухо рассмеялся.

— Так и думал.

— Думать тебе не идет.

— А что идет? — зло усмехнулся он, резко подтянув меня под себя и больно укусил за ключицу.

Я схватилась за его плечи.

— Тебе идет не быть ублюдком, Руслан, — тихо прошептала я, вздрогнув от очередного укуса.

Кажется, я первый раз за очень долгое время назвала его по имени.

Он замер, перевел на меня взгляд, в котором все ярче разгоралось дикое необузданное пламя из множества разных чувств. Сейчас он был весь как на ладони. Я буквально видела, как его собственные противоречия пожирают его изнутри. В нем было что-то хорошее, зарытое глубоко внутри и иногда это что-то пробивалось наружу — глубокой печалью в глазах, или мимолетной искрой доброты. Как сейчас. И сейчас это хорошее было таким хрупким, таким уязвимым…

Злая, мстительная улыбка коснулась моих губ.

— Я же сказала. Думать тебе не идет.

Он усмехнулся. Все, что делало его секунду назад похожим на живого, хоть что-то чувствующего и сомневающегося в своей правоте человека, сменились осознанной жестокостью. Огонь потух, сменившись адским холодом. Он показательно не спеша расстегнул молнию на своих джинсах.

— Ауч. Хорошая попытка, девочка. Только я слишком долго терпел и больше терпеть не намерен. В этот раз даже твой острый язык тебя не спасет. Ни-че-го тебя не спасет. Так что… Можешь говорить, что хочешь. Можешь кричать и драться. Мне все равно, Рори, — шепнул он и без каких-либо предварительных ласк вторгся в мое тело, выбивая из легких воздух.

Я отвернулась, уткнувшись носом в его плечо, лишь бы он не видел моих глаз. Лишь бы не видел, как больно мне сделал.

Не его грубость и не его жестокость заставили мое сердце мучительно сжаться. Он и до этого был грубым. И был иногда жестоким. Но именно он, и только он, отлично знал и чувствовал разницу между Рори и Мирой. И сейчас он назвал меня “Рори”. И вот это было больше, чем просто жестоко.