Книга Падение.live, страница 17 – Ирина Логарт

Я послушно подошла и встала перед огромным зеркалом во весь рост. С меня быстро стащили халат и нижнее белье. По комнате сновало около дюжины людей, а я стояла по центру совершенно голая. Они снимали последние мерки, прикладывали какие-то вещи, пудрили, подбирали тон для косметики, периодически вертели и крутили меня так, как им было нужно. Не уверена, что они вообще заметили, что я не манекен, а живой человек. Для них не было никакой разницы. Всем плевать, какие у меня сиськи и есть ли прыщи на заднице. Спойлер — нет, нету. Ни сисек, ни прыщей. Я для них — просто работа, продукт. И размер моей груди влияет только на количество ткани, которой хватит, чтобы их отсутствие эффектно скрыть. Не более. Только Лиза стыдливо отвернулась к окну, словно это ее раздели, а не меня. Я усмехнулась и перевела взгляд на себя в зеркале. Худая бледная кукла, с черными волосами и огромными блестящими глазами. И злой усмешкой на лице.

Я вытерплю. Я смогу.

Мы приехали на студию, где проходили практически все наши фотосеты. В штате было несколько топовых фотографов, которые делали действительно офигенные фотки. Охуенные фотки, которые потом еще и охуенно обрабатывают. Ясен пень, что я уже мало похожу на себя после всех манипуляций, но в целом они всегда выходят красивые.

Все проходило в атмосфере секретности, поэтому меня завернули в черный плащ с капюшоном и в таком виде провели внутрь здания, больше похожего на огромный ангар, чем на место для гламурных фото. В зале на подоконнике уже сидел Флаер, одетый лишь в белый махровый халат, привычно уставившись в свой телефон и лениво болтая мускулистой мохнатой ногой. По заваленным декорациями залам сновали люди, завершая подготовку — настройку света, расстановку последних элементов декора, отладкой оборудования. Другие таскали туда-сюда вешалки с подготовленными для фотосета костюмами. Навстречу мне, раскинув руки в приветственном жесте, модельной походкой двигался фотограф Генри, Геннадий по паспорту. Мы с ним неоднократно работали в прошлом и работали очень плодотворно. Он крутой, тут и добавить нечего.

— Рори, дорогая! — Генри картинно чмокнул меня в каждую щеку. — Ты выглядишь просто волшебно! Черный тебе к лицу, моя королева! Фотки будут будут просто чума! Пушка!

Фаер, наконец, оторвался от экрана и в его глазах проскользнуло что-то вроде любопытства, явно быстро задушенного. Просканировав меня с ног до головы внимательным взглядом, он спрыгнул с подоконника и направился в сторону гримерок. Проходя мимо он вдруг тормознул и наклонился ко мне.

— Сменила оперение? Теперь чернота не только внутри, но и снаружи. Мило.

Я не успела раскрыть рта, как он преспокойно двинулся дальше. Обалдеть. Вот это наглость! Мне давно не попадались люди, о которых хотелось не просто вытереть ноги, а придушить собственными руками. Еще я отметила, что у него красивая широкая спина, но это так, между планированием скорой мести. Надеюсь, его в три шкуры гоняют в зале.

— Рори и Блэк Фаер, подойдите в центр зала к режиссеру, — раздалось в рупор.

Как людям удается не рассмеяться каждый раз, когда они называют его “Блэк Фаер” с серьезной миной?

Я скинула с себя плащ, оставшись в таком же белом халате, и двинулась на поиски режиссера. Прошла мимо двух уже подготовленных площадок — праздничная зона с рождественской елкой и горой подарков под ней, и мрачная зона с массивной кроватью из черного дерева, застеленной черными шелковыми простынями. Дайте-ка угадаю, какая из них для нас. Тошнота снова подступила к горлу. В глубине были еще зоны, но мне уже не хотелось смотреть. Я поравнялась со своим партнером и молча оглядела его с головы до ног. Черные волосы, мрачный взгляд, темная душонка. Даже и не знаю, чья чернота чернее.