Книга Падение.live, страница 107 – Ирина Логарт

Я прикусила собственный палец, пытаясь не сорваться на истерический смех. До меня все еще доносилась яростная долбежка в мою собственную входную дверь и я не имела ни малейшего представления, сколько еще ударов она выдержит. Но то, что собирались делать эти двое очевидно полностью тронувшихся умом мужчин вызывало у меня настолько смешанные чувства, что я просто не могла думать ни о чем другом.

Когда серый капюшон поднес мегафон к лицу, я вся обратилась в слух. Но прежде чем заговорить, он махнул рукой, словно был дирижером на сцене, и несколько ближайших к нему полицейских машин разразились пронзительным визгом сирен. Толпа всколыхнулась и сотни голов развернулись назад, к источнику сводящего с ума воя, на секунду застыв в ошеломленном молчании. Прошло секунд десять-пятнадцать, прежде чем парень снова махнул рукой, и вой сирен, наконец, прекратился. Даже мои уши заложило. Но этих секунд оказалось достаточно, чтобы внимание всех девиц теперь было приковано не к моему дому, а к нему. По толпе на этот раз прокатился совсем другой шум — куда более тихий, шокированный, взволнованный.

— Что вы тут устроили, маленькие драконы?

О боги. Это правда он.

И судя по оглушительному воплю, прогремевшему парой мгновений спустя, они тоже узнали своего кумира.

Он поднял руку и закладывающий уши крик начал понемногу стихать. Блять, мне теперь откровенно интересно, что за ад творится на его концертах.

— Вы нас сильно расстраиваете, — вновь раздался его голос, мощной волной прокатившийся над всей толпой, теперь окончательно притихшей. — Собрались здесь без нас и кричите какую-то херню! Что должны кричать наши драконы? — он развернул рупор к толпе.

— Fire! — кажется, даже зимний воздух содрогнулся от этого оглушительно дружного крика.

— Громче!

— FIRE!!! — девочки визжали изо всех сил, окончательно срывая свои и без того пострадавшие голосовые связки.

— Я хочу видеть вас всех! Подойдите! Ближе! И еще раз, чтобы весь гребаный город вас слышал, что кричат наши драконы?

Толпа снова взвыла, как будто в исступлении, и единой волной потекла в противоположную от дома сторону — в его сторону. И тут я заметила другое движение по бокам: полицейский кордон, растянувшийся до этого в длинную линию, теперь с двух сторон медленно стягивался вокруг обезумевших фанаток, которые словно зомби дружным строем двинулись к внедорожнику Фаера, превращаясь из хаотичной, разрозненной толпы в одну очень плотную группу. Черт бы его побрал — он просто загнал своих девиц в импровизированный загон, словно разбежавшихся овец. И самое забавное — что им, снизу, этого было никак не увидеть. А мне лишь оставалось наблюдать и снимать одну за другой воображаемые шляпы перед Фаером и его изощренным чувством очень злого юмора.

Когда все стадо было в сборе, он вдруг поднял голову наверх, как будто знал, что я стою и смотрю на все это, и снова прокричал в мегафон:

— Хотите, чтобы мы вас порадовали парой любимых песен?

— Да!

Да когда, вашу мать, они наконец охрипнут? На месте дьявола я бы уже давно разверзла врата ада прямо под их сапогами.

— Тогда порадуйте сначала меня. Сейчас вы очень громко и очень дружно крикните “Прости нас, Рори!”, и больше никогда не станете так шуметь под окнами моей будущей жены.

По толпе прокатился рокот из смеси легкого недовольства и полного недоумения. Некоторые особо обиженные принялись свистеть.