Книга Ангарский маньяк. Двойная жизнь «хорошего человека», страница 34 – Елизавета Бута

Владимира воспитывала мать-одиночка, работавшая директором магазина в Иркутске. В СССР такая должность делала ее влиятельной персоной: с ней налаживали хорошие отношения, дабы купить дефицитные товары, заполучить к Новому году подарки родным получше. Благодаря обширным связям матери Владимиру не раз удавалось выходить сухим из воды. Он всегда демонстрировал отличные способности к математике, да и в целом в школе учился весьма неплохо, но имел уникальный талант не только попадать в плохие компании, но и возглавлять их. Поначалу выходки Соломы ограничивались отъемом денег у сверстников и легким вандализмом, но потом он с друзьями стал промышлять кражами, начал вести бизнес, постепенно превращаясь в «цеховика», и все больше привлекал внимание правоохранительных органов. Некоторое время матери Владимира удавалось все улаживать, но потом Соломинский ввязался в драку и проломил голову своему противнику обломком трубы. Парень выжил, но Солома на этот раз все же отправился в колонию.

Тулунская тюрьма стала для него университетом: здесь он узнал обо всех тонкостях и правилах воровской жизни, с искренним восхищением воспринимая все, что ему говорили. Честность (по отношению к своим), преданность делу, запрет на любые контакты с властями, запрет на заведение семьи для вора в законе — все это казалось совершенно иным миром. Намного более прямым и понятным.

— А семью-то почему нельзя заводить? — спросил однажды Соломинский.

— Это рычаг давления. Семья делает тебя уязвимым, — с извечной ироничной ухмылкой на лице сообщил ему Вячеслав Иваньков, которого весь криминальный мир знал под именем Япончика^[5].

Соломинский, отбывавший срок в той же тюрьме, что и Иваньков, заслужил доверие у «главного» по Москве. В столице уже давно хотели захватить власть над Прибайкальем, а Солома показал себя человеком умным, сдержанным и, самое главное, верным. Когда срок Соломинского подошел к концу, его отправили в Иркутск «положенцем». Но Солома даже предположить не мог, как изменился мир за то время, что он провел в тюрьме.

Поначалу Соломинский сумел отлично вписаться в криминальный мир. Парень, который имел «поддержку из Москвы», казался человеком, возможности которого ничем не ограничены. Он быстро подмял под себя «цеховиков», как по старинке еще называли коммерсантов, сумел расправиться с преступными группами с Кавказа, которые конкурировали с Москвой за влияние над регионом, и стал помогать людям. Прочитанный в журнале «Знамя» роман «Крестный отец» навсегда восхитил Солому. Он искренне считал, что криминальный мир более честный и порядочный, правила его понятны и логичны, а существует он для того, чтобы делать мир более справедливым. Если кому-то из обычных, никак не связанных с криминалом людей требовалась помощь, они шли к Соломе на поклон. Именно он помог разобраться с бандой черных риелторов из Иркутска, которые, не заморачиваясь юридическими тонкостями, просто силой заставляли пожилых людей подписывать дарственные на квартиры, а затем убивали. Если кого-то насиловали или убивали, то за местью приходили к Соломе, и иногда он помогал. Вдобавок к этому Соломинский помогал открывать «качалки», легко давал в долг на образование безо всяких процентов, и вскоре за ним закрепилась слава крестного отца всего Прибайкалья.