Книга Ангарский маньяк. Двойная жизнь «хорошего человека», страница 3 – Елизавета Бута

— Слушаю, — послышался в трубке тихий голос следователя.

— Дубынин беспокоит. Тут такое дело… К Елене Попковой в гости кто-то заглянул. Она сейчас на работе и говорит, что никого на ночь глядя не ждала. Я что-то беспокоюсь. Это ж и подельник может быть. И хулиган, решивший спалить квартиру… — начал тараторить оперативник. Он сам чувствовал, как с каждым следующим словом градус напряжения в разговоре возрастает.

— А ты не беспокойся, — фыркнул следователь. — У тебя подозреваемый в изоляторе, а чем его жена занимается, тебя касаться не должно.

— Подельник… — выдавил он из себя, пытаясь как-то отделаться от надвигающейся лавины сжигающей ярости. Из динамика телефона вдруг стали доноситься осипшие гудки: Василий Доморадов сбросил вызов.

Казалось, темный коридор оцепенел от напряжения, хотя на первый взгляд ничего не происходило. Тусклая лампочка мерцала вдалеке. Возле пары входных дверей все так же громоздился хлам, состоящий в основном из громоздких детских вещей вроде трехколесных велосипедов, горшков, санок и самокатов. Все это было раскрашено в ядовитые цвета, к которым так неравнодушны производители из Китая. Здесь, в затхлом темном коридоре, все эти санки с нарисованными на них желтыми и розовыми пчелками выглядели пугающе. Покрытые красно-коричневой масляной краской половицы то и дело скрипели, давая понять, что под толстым слоем казенной краски скрывается труха. Ужасно хотелось малодушно выйти на улицу, но оперативник понимал, что не простит себе этой ошибки. Ему нужно было зайти внутрь.

Артем осторожно вернулся к двери квартиры Попковых и встал перед ней, не зная, что делать дальше. Он беспомощно посмотрел на экран телефона и еще раз набрал номер следователя. На секунду почудилось, что из-за двери идет какой-то звук, а в следующее мгновение она издала характерный щелчок и отворилась. В открывшемся проеме было видно, что в квартире перед дверью стоит человек. Оперативник вздрогнул и осторожно потянул ручку двери на себя.

— Зачем ты сюда пришел? — прозвучал голос из темноты. Артему стало не по себе. Так бывает, когда слышишь знакомый голос в незнакомом месте. Перед ним стоял следователь прокуратуры Василий Доморадов.

— А вы зачем сюда пришли? — оторопело спросил Дубынин.

— Что ты тут глупости несешь? Знаешь вообще, сколько ночь в гостинице стоит? А зарплата у меня какая? А что мне скажут, если я в грязной рубашке на работу ходить стану? — зачастил Василий. В его словах было так много страха вперемешку с раздражением, что было сложно уловить суть сказанного. До Артема долетала лишь интонация. — Леночка мне разрешила прийти и постирать вещи у себя. Святая женщина. Что ты-то здесь развел? Ты в курсе, что слежка за сотрудником прокуратуры — подсудное дело?..

Доморадов, говоря все это, двигался вперед, тесня к выходу и Артема. Когда они уже оказались на лестнице, до оперативника стал постепенно долетать смысл сказанного. Он все еще был в бешенстве, но теперь к нему добавился тягучий, липкий страх, который тут же стал оставлять следы на мыслях, крутящихся сейчас в ускоренном режиме.

Артем поднял телефон к уху, демонстративно посмотрел на висящую на уличном фонаре камеру наружного слежения и начал звонить начальнику отделения. К удивлению Артема, тот не стал его отчитывать за поздний звонок, а сразу велел изложить суть дела.