Онлайн книга «Темная флейта вожатого»
|
Мы ничего не знаем о том, что случилось вчера и куда вожатый увел “десятку”. Мы уверены, что сотни детей готовы пойти с Шайгиным хоть на край света. Ведь это Антон! Он никогда и никому не делал ничего плохого. Не надо на него наговаривать. Я бы сам пошел, только мать бросать жалко. Одна останется». Андрей Васьков (13 лет), ученик гимназии № 45 «Я согласен с Серегой. Записка выглядит шуткой. Только все серьезно. Вы просто не понимаете того, что произошло этой ночью. Мы не знаем точно, но уверены – это было что-то грандиозное. Дети пошли с Антоном по своей воле. Тут и думать нечего. А что в лесу произошло, то совсем другое дело. Антон тут ни при чем. Не нужно его очернять!» Лидия Георгиевна Ахметова (38 лет), воспитательница десятого отряда: «Да, я согласна. Отряд был очень необычным. Наверное, за всю свою педагогическую карьеру я таких детей не встречала. Да, книги я на тумбочках видела. Не придала значения. А что они в тетрадях решали примеры, так это что? Ничего… Что интересно, никто из них телевизор не смотрел вообще, и к кино все были равнодушны. Соглашусь, что и это очень странно для детей. Но их в лагере уважали. Они были сильные, смелые. Был в них стержень внутренний, поэтому к ним никто не лез. Даже старшие дети. И не припоминаю, чтобы в самом отряде были конфликты. Очень дружные были дети. Это тоже необычно. А еще их почему-то многие опасались. Как будто от них исходила угроза». Глава 7 В больнице 1 — Нашлись! – повторил главный поисковик. Стаев был готов поклясться даже через много лет, что после произнесения этого слова в вожатской вдруг пронзительно и тонко заиграла флейта. Им потребовалось с минуту, чтобы осознать новость. Затем следователь, полковник и главный поисковик поднялись, выскочили на улицу и помчались к машине связи. Пит подтвердил: да, нашлись. Все. Тридцать человек. Живы и здоровы. И в эйфории никто не заметил несоответствия в цифрах, не уловил странных интонаций в голосе Пита. «Нашлись! Нашлись! Нашлись!» – повторял весь лагерь. Через пятнадцать минут все ехали в ПГТ Трудовое, куда найденных детей повезли на «Скорых». Впереди – кортеж губернатора, дальше – автобус с родителями, за ним – Раскабойников в черном джипе, а в арьергарде – служебная буханка. Визжали сирены, мигали маячки, сигналили клаксоны, рычали моторы. Неужели все так просто? Раз – и нашлись? А голос вожатого шептал, как наяву: «Вы их больше не увидите». Рада говорила: «Их нет в этом лесу». Перед глазами встала записка: «Не ищите нас…» Тридцать. Тридцать человек. «Но где же они были? Прятались в лесу? Нашли какое-нибудь потайное место? Умники! А как же предупреждения вожатого? Как же рисунки? Высокие люди и черные провалы?» Следователь высовывался в окно, подставлял горящее лицо ветру. Он то и дело поворачивал голову, косился на Раскабойникова. И оглядывался на сидящих позади Лонину и Валерия. Он специально попросил стажера сесть в полковничий внедорожник, куда забралась и бизнес-леди. Следователь вынырнул из своих дум, обернулся и поймал взглядом тонконосое лицо Валерия. Они смотрели друг на друга с полминуты. Стаев полез в карман, вынул карандаш и протянул его стажеру. Тот машинально протянул руку, не понимая еще происходящего. В тот же момент следователь проворно схватил его за запястье и развернул ладонью вверх. На ней с внутренней стороны действительно багровел запекшийся след от недавнего пореза. |