Книга Где рождается месть, страница 51 – Нана Рай

Владимир молчит. Медленно и задумчиво кивает. Какой смысл в любви, если два взрослых человека не могут понять друг друга спустя годы брака?

— Спокойной ночи, – шепчет она и проходит мимо Владимира, но он в последний момент ловит ее за руку:

— Элина?

Она оборачивается. Тепло его пальцев просачивается сквозь рукав джемпера.

— Скажите, как звали вашу сестру?

Элина забывает дышать. Вопрос вновь рушит тот домик из хрупких догадок, что она успела выстроить. И перед глазами мгновенно встает Ливия под руку с Бессоновым-старшим.

— Ливия, – пересилив себя, хрипит она.

Выражение лица не меняется, только улыбка становится грустной.

— Красивое имя. Мне очень жаль, что вы лишились сестры.

— Да, мне тоже.

Только теперь он отпускает Элину и, засунув руки в карманы, быстро уходит. Сердце вновь пускается вскачь. Душа рвется на части. Элина хватается за голову и пытается глубоко дышать.

«Почему? Почему он спросил об этом?»

— Может, это был ты? – шепчет она, вспомнив, как три месяца назад неизвестный навестил могилу ее сестры.

«Так больше продолжаться не может!»

Элина приглаживает волосы и спешит за Владимиром. Но он сворачивает к своему коттеджу, а она проходит мимо, направляясь к кинотеатру. Братья делают из нее дурочку. Думают, она ничего не знает. Но они ошибаются. Чертовски ошибаются!

Элина останавливается недалеко от зрительских мест и вглядывается в первый ряд, стараясь не обращать внимания на сцену с поездом перед глазами и скрежет, раздирающий барабанные перепонки. Замечает рыжую шевелюру Регины, неподалеку от которой сидит Мишель. Но стулья между ними пусты.

Кто-то дергает ее за руку, и Элина с тихим вскриком оказывается в чьих-то объятиях. Знакомый аромат кружит голову.

— А я уж подумал, что ты боишься поездов, – тихо произносит Владлен и самодовольная ухмылка искажает его губы.

В первое мгновение она хочет оттолкнуть Владлена, но в голове быстро щелкает переключатель.

«Я шла сюда именно за этим».

— Поездов? – Элина приподнимает бровь и запрокидывает голову, чтобы заглянуть ему в лицо. – Абсурд! – отвечает она и натянуто улыбается.

Со стороны экрана вновь раздается оглушительный гудок локомотива. От неожиданности Элина дергается и прижимается к Владлену, позабыв про ненависть. Страх стирает границы. Когда боишься, делаешь то, что обычно под запретом.

— Да, я боюсь поездов, – выпаливает она. – Давай уйдем отсюда.

— Так я и думал. – Владлен не сводит с нее пристального взгляда. – Регина ринулась за тобой, но я ее остановил. Посчитал, что ты захочешь побыть одна.

— Да, да… Пойдем в парк, – почти умоляет Элина.

Звуки фильма вновь превращаются в ужасающую какофонию. Мышцы парализует, а каждое движение отзывается сверлящей болью в висках. Даже челюсть сводит. Но Владлен не спешит уходить. Как хищник, который наслаждается агонией жертвы, он мягко проводит пальцами по напряженной спине Элины, касается оголенной кожи над вырезом блузки.

Он наклоняется к ее уху и тихо шепчет, опаляя дыханием:

— И тебе даже неинтересно, как я догадался?

— Абсолютно. – Элина пытается оттолкнуть Владлена, но шансов на это не больше, чем сдвинуть Великую Китайскую стену.

Она глубоко дышит, пытаясь нормализовать пульс. Все хорошо, она сильная. Она выдержала ночь в поезде. Какой-то фильм ее не сломит. Но эти звуки… В дороге Элина всю ночь слушала музыку в наушниках на полную громкость, и это не позволило ей сойти с ума.