Онлайн книга «Хроники пепельной весны. Магма ведьм»
|
Повитуха умолкла. Игумен тоже молчал. Кровь отхлынула от его лица, теперь он был бледен. — Что ты сделаешь со мной за эти слова, пастырь Кай? – не стерпела Эльза. Игумен неспешно подошел к стене, рассмотрел инструменты и снял с крюка железные острогубцы. Повитуха зажмурилась. — Ты сказала мне правду и была готова за правду понести наказание. Я ценю таких свидетелей, Эльза. Он прошел мимо повитухи и, сжимая в руке острогубцы, приблизился к Анне. Каждый шаг его отдавался эхом под туфовыми сводами пыточной. — Пожалуйста, не надо, – заныла Анна. – Меня уже пытали. Я все признала. Я ведьма! У меня нет души! Я навела на всех порчу! Я переняла у алхимика рецепт изготовления порченой краски! Я брала кровь зверей, пришедших из ада! Игумен Кай поднес острогубцы к ее рукам и перекусил веревку. Анна уставилась на багровые следы у себя на запястьях, потом на лежащую под ногами веревку. Повитуха настороженно наблюдала за Каем. — Разденься, Анна, дочь Ольги, – скомандовал тот. Анна скинула тюремную робу и осталась нагая. Ее тело было в синяках и кровоподтеках. Пыточная заполнилась вязким запахом течки. Кай провел рукой по ее груди и надавил на сосок; оттуда брызнуло молоко. «Поддался… – подумала повитуха. – Ведьма в течке может полностью овладеть сознанием и волей мужчины». — Что ты хочешь с ней сделать, пастырь? – осторожно спросила Эльза. — Я хочу ее осмотреть и провести необходимые процедуры. Что еще я могу с ней сделать?! «То, что делает всякий мужчина с голой женщиной в течке», – подумала повитуха, но вслух сказала другое: — Епископ Сванур в таких случаях откладывает осмотр до окончания течки. Во избежание соблазна и искушения. Игумен опять покраснел: — Да какого черта меня обязательно должна соблазнять любая… – Он остановился на полуслове. – У нас с епископом разные методы и подходы. Игумен Кай принялся изучать тело ведьмы – как показалось Эльзе, действительно без всякого вожделения, скорее с таким выражением, будто выполнял работу довольно скучную, хоть и важную. Повитуха за всю свою жизнь – а жизнь ее была длинной – только трижды встречала мужчин, которые не реагировали на течку. Один ударился головой и после этого вообще потерял обоняние. Другому нравился лишь запах его жены, а остальные течные женщины почему-то не возбуждали. Третьим был алхимик Альвар – ведьмак, которого год назад казнили. Он утверждал, что человек сильнее своих инстинктов, а разум сильнее плоти. И что Великий Джи – сын не божий, а человечий. Он много чего утверждал, этот еретик, даже что Священные тексты служители Церкви трактуют неверно и Бог под плодами Добра и Зла вовсе не подразумевал близнецов… * * * У Анны на спине имелось родимое «пятно гнили», причем довольно крупное; Кай внимательно осмотрел его и ощупал. Дьяволовы родимые пятна – признаки бездушия, метки зла. У повитухи тоже такие были, и в молодости она их сдирала, чтобы никто не видел, а в старости их вылезало все больше, но раздеваться ни перед кем старухам, по счастью, не надо, поэтому она спокойно скрывала их под одеждой. И ведьмой себя не считала. У многих женщин есть пятна гнили, и далеко не все эти женщины – ведьмы. Вот если пятно в форме черного яблока с выемкой слева – тогда конечно. Или если женщина свою гниль отодрала или сковырнула, а гниль от этого не ушла, а только окрепла, распухла, обернулась кровоточащей язвой – тут всем понятно, что это пятно злокачественное, то есть от Злого Брата. А если на коже просто темная точка, или кружочек, или круглый нарост – это еще ничего не значит. Так полагала Эльза, но вслух никому об этом не говорила, чтобы ее не сочли еретичкой. Зря Анна не содрала свою гниль. Возможно, она про свое пятно и вовсе не знала, не видела – оно ведь у нее на спине… |