Книга От революционного восторга к…, страница 75 – Роман Путилов

— Да я просто думал, что тебе еще рано становится матерью.

— Петр… — с голосе трепетной лани звякнул металл: — Я твоя жена перед Богом и людьми, а главный долг жены — быть матерью…

— Аня, главный долг жены — быть второй половинкой своего мужа и наоборот. А дети — это уже вторичное, но я не хочу с тобой спорить в такой замечательный день. Ты только скажи, почему в квартире пусто? Где все?

— Тетя поехала в подруге, у них компания для игры в вист образовалась, приедет только утром, а кухарку я отпустила, она к кумовьям собралась. Иди, освежись, я тебе в гостиной накрою.

Наш дом имел электрическое освещение, которое, правда, в последнее время, стало чаще отключатся. Я в темноте дошел до уборной, включил тусклую лампочку под потолком и вымыв руки, вернулся обратно, за, накрытый женой, обеденный стол.

Гостиная освещалась восемью свечами в двух подсвечниках, и от их, колеблющегося пламеня, юное лицо жены было прекрасным и загадочным.

— Что ты, солнышко, собираешься дальше делать? — я намазал горчицу на кусок холодной говядины, лежащей на тарелке рядом с вареными картофелинами — в семье купца, куда я вошел, предпочитали простую пищу, без особых кулинарных излишеств, да и положение с продовольствием в Петрограде лучше не становилось.

— А что? Петя, даже не уговаривай, дома я сидеть не буду…

— Аня, решай сама, только пообещай мне, как только почувствуешь, что тебе тяжело, сразу мне скажешь, я тебе легкое занятие подберу. И не вздумай в своём госпитале тяжести таскать. Сбросишь ребенка, да еще и на всю жизнь бесплодной останешься. — я стукнул пальцем по столешнице.

— Да ты что за ужасы говоришь, Петя?

— Я тебе правду говорю. Начнешь раненого ворочать, мужика семипудового, и все, потом всю жизнь жалеть будешь. Лучше санитаров ваших гоняй, а то я как в окно не посмотрю, так они все самокрутки курят и ласы точат за флигелем. Если кто из них начнет артачится, скажи, что я такому хитровану мигом организую отправку с ближайшей маршевой ротой в сторону фронта, тем более, наступление скоро, там такие здоровяки нужны.

— Ты что так разошелся, муж? — Аня подошла ко мне сзади и обняла за голову.

— Да просто волнуюсь за тебя, вот и все.

— Спасибо дорогой. Я обещаю, что буду беречься. — Анна поцеловала меня в шею, после чего обошла длинный стол и села напротив, положив голову на локти.

— А себе ты почему ничего не положила?

— Я уже поела — так волновалась, что ты скажешь, и сама не заметила, как покусочнила. Я с тобой только чай попью.

С женой, я не совру, мне повезло. Молодая, красивая, спокойная и рассудительная, девочка мне нравилась. И это, если не принимать во-внимание, приданное — механические мастерские, а по современным этому времени понятиям, целый завод, которое позволяет мне получать различные металлические «хотелки», в которых пытаются соединится воедино мое виденье на технику и вооружение и местный, невысокий, невысокий уровень технологий.

Жена моя, после короткой медовой недели, поступила на краткосрочные курсы сестер милосердия, после чего поступила на службу в тот самый госпиталь, что примыкает к великокняжескому дворцу, так что, что творится у нее на работе я вижу каждый день из окна своего кабинета.