Книга От революционного восторга к…, страница 61 – Роман Путилов

Не доходя пересечения с Малым проспектом, я намотал на лицо серое кашне, натянул на глаза солдатскую фуражку и ускорил шаг. Тип, уже несколько дней таскавшийся за Троцким и изображавший охрану, даже не повернулся, за что получил пулю из браунинга в обтянутую серым галифе ляжку. Обернувшимся ко мне, в полном изумлении, Троцкому и Свердлову я выпустил по две пули в грудь, после чего, осторожно, чтобы не испачкаться кровью, достал у каждого бумажник. Охранник, скрипя зубами от боли, прикидывался ветошью, не оказывая никакой попытки к сопротивлению. Он был важным свидетелем, что видных революционеров убил какой-то солдат с замотанным лицом с целью банального ограбления. Под женские крики «Убили!» я пробежал мимо двух рабочих казарм, где скинул оба кошелька, избавив их от наличности, после чего резко сменил направление своего движения. Через пять минут я избавился от солдатской шинели без погон, фуражку с ломанным козырьком, которые я забросил на чей-то дровяной сарай и, оставшись в темном пиджаке и черном картузе, которые извлек из кармана, на ходу вскочил в задний вагон трамвая двадцать четвертого маршрута, который, дребезжа на рельсах, бодро катил в сторону Николаевского моста. При повороте на девятую линию я заметил толпу, собравшуюся на месте недавно произошедшей трагедии. Испытывал ли я сожаление? Наверное, нет. Слишком кровавым был след, оставленный этим, безусловно одаренным и неординарным, человеком в истории Русской революции. Очень надеюсь, что после моего сегодняшнего душегубства не будет ни попыток перманентной революции, ни массовых расстрелов, ни трудовых армий, ни похабного Брестского мира ни прочих убийственных социальных экспериментов над населением многострадальной России.

В министерство юстиции меня вызвали на следующий день.

Формально являющийся моим начальником, князь Львов, уцепившийся, кроме должности Председателя правительства, еще и портфель Министра внутренних дел, вновь не нашел времени устроить мне даже выволочку, принимал меня господин Переверзев.

— Милостивый государь, извольте объяснится! — бывший столичный прокурор в гневе раскраснелся, постоянно снимая и протирая маленькое пенсне: — Я поручился за вас перед Правительством, что вы тот человек, что наведет порядок с преступностью в столице, а вы! У вас на Васильевском острове, среди беда дня, убивают видного общественного деятеля с помощником, а вы не изволили ни выехать на место происшествия, ни организовать расследование. Как это понимать? Я жду от вас подробных объяснений!

— Господин министр! — я встал из-за стола и вытянулся: — Как я неоднократно письменно докладывал, вверенная мне милиция не контролирует примерно половину территории города, более того, отряды милиции Васильевского острова, Выборгской стороны и ряда иных мест, совместно с рабочими дружинами местных промышленных предприятий, препятствуют появлению в тех районах наших патрулей. Дважды по этому поводу возникала перестрелка, после чего я дал команду подчиненным мне сотрудникам на той территории не появляться. Если вы поставили мне на вид убийство господина Троцкого со спутником, то место происшествия находится под контролем рабочих дружин местных заводов, что хорошо вооружены и явно вчера были настроены неприветливо. Вы, как опытный юрист, как представляете проведение осмотра места происшествия и расследования под винтовочным огнем разозленных рабочих?