Книга От революционного восторга к…, страница 32 – Роман Путилов

— Часы раздавить? — удивился я: — И где часы?

— Под стол улетели, когда мы этих винтили.

Под столом лежали массивные карманные часы с надписью «ЕХРО» и очередным номером патента на крышке. Больше всего меня удивил закрепленный над механизмом заводки приборчик, который был настоящим видоискателем. Да и механизм заводки, при внимательном осмотре оказался небольшим объективом. Оказывается, наука промышленного шпионажа в это время уже достигло определенных высот. Там же, под столом, лежал еще один предмет, который я узнал сразу — длинная черная гофра, с линзами на концах, что могла сдвигаться- раздвигаться на металлических направляющих, ничем, кроме приспособления для макросъемки, быть не могло.

Собрав все интересные предмет на столе, изобразив своеобразный натюрморт на фоне растерзанной папки с надписью «Совершенно секретно», я выстроил возле стола обоих испачканных шпионов, и, под руководством господина Карлссона, сделал несколько снимков получившейся экспозиции, дернув один из двух рычагов на фотокамере с надписью «Ensignette».

После приведённого обыска, в ходе которого было найдено еще несколько документов секретного характера, всех задержанных, включая дам, несмотря на их оглушительные протесты, погрузили в подоспевший грузовик, увезли в расположение отдела милиции, предварительно связав руки за спиной, прихватив указательные пальцы в двух местах короткими кусочками шпагата. Посетителей шпионского кубла побросали вповалку на доски кузова, и разместив по углам автоматчиков, увезли со двора, а я, пригласив в качестве понятых дворников из соседних домов, приступил к более тщательному обыску. Между двух «спальных» комнат, был обнаружен небольшой чуланчик, вход в который был замаскирован под шкаф. Кровати в помещениях освещались жестко закрепленными электрическими светильниками с зеркальными отражателями, а в узком проеме между шкафом и высоким комодом, пряталось отверстие в кладовую. Судя по всему, небольшой деревянный чемодан с ручкой, медным объективом наверху и кривой рукоятью сбоку, жестко закрепленным на специальном станке, являлся ничем иным как киносъемочным аппаратом, и кто-то баловался здесь съемкой легкого порно. Так как я не являлся специалистом в современном фото, то ничего трогать в этой киностудии я не стал. А в платяном шкафу хозяйской спальни я, нисколько не испытывая чувства стыда, обнаружил металлическую емкость, на закрутках, что-то типа армейского термоса, в которой были плотно уложены металлические бобины, скорее всего, с материалами съемок местной документальной киностудии.

Ну и денег нашли в спальне, много, в том числе и в валюте. Очевидно, что хозяйка дома ничего и никого не боялась и не ждала печального конца.

Первым делом, что я сделал, вернувшись в великокняжеский особняк — отправил несколько сотрудников на поиски специалиста по фотокинотехнике, чтобы аккуратно изъять кинокамеру и установить, если ли там пленка, пригодна ли она к проявке и разобраться с запасами кинопленке.

Через три часа.

Я только что позавтракал в кругу семьи и на службу вернулся в прекрасном расположении духа. Поэтому, герру Карлссону я даже искренне улыбался.

— Как ваши дела герр…

— Моя фамилия Карлссон, и я требую, чтобы о моем задержании сообщили шведскому посланнику.