Книга Княжество Семиречье, страница 83 – Роман Путилов

— Так, помолчи. — я легонько стукнул кулаком по столу: — Ванда Гамаюновна, что я получу за то, что впишусь в эту историю и смогу вернуть вам ваше семейное имущество?

И начался торг, который шел почти четыре часа, причем, к огорчению бывшей госпожи Ухтомской, она лично, как совокупность женских прелестей, вогнутостей и выгнутостей, на этом ристалище совсем не котировалась, что-то между захудалой деревеньки и заброшенным рудником. Правда, когда я, по окончанию торга, пребывая в хорошем настроении, попытался ухватить княгиню Строганову за попу, то, тут же получил чувствительный толчок в плечо от Гюлер.

— Даже не думай! — погрозила мне пальчиком жена: — Два года не смей в ее сторону даже смотреть, во время траура она должна быть…

— Святее папы римского? — подсказал ей я.

— Хранить память о муже и растить наследника. — отрезала Гюлер: — Иначе ничего не получится.

— Кстати, о наследнике… — вернулся я к деловой части переговоров: — Ванда Гамаюновна, вы же понимаете, что рано или поздно вашего ребенка, если вы его выносите и родите, ожидает проверка на кровное родство с семейством Строгановых? И если есть какие-то сомнения, что он ее пройдет, то еще не поздно все отыграть назад.

— Я не боюсь проверки. — отрезала девушка.

— Отлично. Тогда я дам команду своим правоведам, чтобы готовили соглашение о наших будущих взаимоотношениях, завтра подпишем, после чего я напрягу свой штаб, чтобы срочно переверстывали план летней компании с Юга на Север. Кстати, Ванда Гамаюновна, а вы обращались в имперские инстанции с просьбой о помощи?

— Мне, Олег Александрович, было как-то не до этого. — горькая складка появилась у рта Строгановой: — Меня гоняли, как зайца. Некогда было даже осмотреться.

— А вот это напрасно. — я позвонил в колокольчик и попросил, вошедшего в кабинет, слугу, принести принадлежности для письма: — Вам срочно надо написать прошение в Имперскую канцелярию, сообщить, что ваша родня со стороны мужа нарушает права, как ваши, так и будущего ребенка, и вы просите Корону в лице Императора взять вас под свое покровительство.

— Зачем это надо, май дарлинг? — Гюлер смотрела на меня, как на идиота: — Империя возьмет ее под свое крыло, и мы ничего не получим.

— Никто никого под крыло брать не будет. — отмахнулся я: — Династия не будет портить отношения с достаточно влиятельным родом из-за девицы, которая в государственных раскладах не имеет никакого веса. Извини, Ванда, но это так. Ты пока никто и звать тебя никак. Ты кстати, пыталась обратиться к Ухтомским?

— Со мной даже разговаривать не стали. — безнадежно махнула рукой девушка.

— Что и требовалось доказать. Никто не сомневается, что тебя очень быстро прихлопнут, поэтому на тебя никто не захочет ставить, даже императорский двор. Но, прежде чем я начну действовать, тебе должны или отказать, или проигнорировать твою мольбу. Любой вариант меня устроит.

— Но это сколько времени пройдет… — загрустила Гюлер, которая ненавидела ожидание.

— Слава Богам, в законах империи очень чётко обозначен этот момент. Лицо княжеского рода, а, судя по документам, никто не сможет опровергнуть, что официально Ванда является лицом княжеского рода, вправе ожидать ответа из имперской канцелярии в течении тридцати календарных дней с момента обращения туда с ходатайством. А мы пока сможем подготовиться и выдвинуть своих людей на позиции чтобы, как все решиться, не терять времени. Кстати, надо нанести на карту все, что здесь перечислено. — я любовно похлопал по документам, лежащим на столе: — Надо же понимать, куда нам двигаться.