Онлайн книга «Княжество Семиречье»
|
Низко наклонив обритую голову, Юань вышел, а я поплотнее закрыл дверь. Китайцам я не верил ни на грош, они всегда останутся, в первую голову, китайцами, а потом только — уже всем остальным. Маленький поселок при шахте бурого угля меня волновал мало — эти ребята ковыряли землю, выдавали на-гора уголь, вместе с полуоседлыми кочевниками, которые занимались доставкой корзин бурого угля в факторию, раз в неделю получали оплату медными китайскими монетками, которые в Западном Китае клепал каждый уважающий себя правитель области, и были вполне довольны. Бурый уголь я решил продолжать покупать, чтобы, смешав его с высококалорийным антрацитом, продавать на Север новый продукт — смесь «Топочная». Правда продажи пока встали, так как Российская империя, во всех газетах, а также Думе и Государственном Совете, обзывала нас самопровозглашенным псевдо государством. Газеты то ладно, но вот блокада, установленная на границе с Империей, больно била по моему карману. Мое государство, население которого не превышало пятнадцати тысяч человек, физически не могло производить всю номенклатуру товаров, необходимых цивилизованному обществу. Даже теплой одежды не было в достаточном количестве, учитывая большое количество пленных и гастробайтеров, родиной которых были тропики. Как бы не пришлось изымать у населения теплые вещи и выдавать их согласно рабочему графику лицам, занятым на производстве. Если что, то это шутка, правда, очень грустная. А тем временем лето уже кончилось, а в октябре выпадет первый снег и по ночам будут замерзать лужицы на улице. Я подтянул к себе блокнот и принялся записывать свои намётки для, запланированного на следующей неделе, совещания представителей гражданских и военных властей Великого княжества. В принципе, кроме угля и металла, во всем остальном я испытывал жуткий дефицит, вот у кручусь, как белка в колесе, вставая на растяжку и насилуя свой мозг. К примеру, позавчера мне прислали сообщение, что встала у меня прокладка телеграфной линии, по причине отсутствия бревен для столбов, так я дал команду крепить телеграфный провод к рельсам на изоляторы. Не знаю, что из этой идеи получится, но возможно, что телеграфные сообщения будут проходить. Я, в раздражении, отбросил дневник, так как дельные мысли кончились очень быстро, а количество нерешенных проблем практически не уменьшилось. В прошлой жизни я читал, что на Руси, в холодное время года, обыватели и благородные сословия в основном лежали на печи или развлекались. Надеюсь, что и здесь то же самое, а то я молодую жену не видел практически две недели, засыхает, наверное, мой цветочек без должного полива. Надо быстрее разбираться с делами бывшей британской фактории и ехать в Верный, проведать супругу, а там, прихватив молодую княгиню перебираться на зиму в Покровск, всё-таки, родовой дворец побольше, побогаче и поудобнее, чем бывший дом князя Слободана. Октябрь. Город Верный. Княжеская резиденция, спальня. Я, не открывая глаза, потянулся к теплу и нащупал нежную округлость, за которую ухватился уже двумя руками и, как репку, дернул на себя. Княгиня Гюлер взвизгнула и скользнула ко мне по глади щёлковой простыни, привезенной из Китая, попробовала вырваться, но я держал девушку крепко, настойчиво подтаскивая свою жертву под себя. И когда казалось, до моей окончательной победы оставался всего вершок, девушка извернулась и уперлась мне в грудь маленькими кулачками |